Шло время, зимние месяцы остались позади, справили праздник Нового года, а здесь его справляли в первый весенний день. Бродяги в предвкушении скорого отъезда пребывали в приподнятом настроении. Это настроение передалось и Анне, которая давно уже чувствовала себя равноправным членом коллектива. Одно лишь обстоятельство слегка её огорчало - с Яцеком у неё отношения не сложились.
Еще в начале зимы, она поняла, что не интересует его, к тому же у него уже была... женщина, с которой он делил постель. Звали её Агна. Она прекрасно играла на лютне, могла быстро подобрать незнакомый мотив, но больше никаких достоинств Анна в ней не углядела.
Иногда Анне хотелось всё бросить и уехать в монастырь при Храме, побеседовать со Служителем, рассказать про какое-нибудь изобретение, которое можно попробовать сделать из подручных материалов. Послушать его поучительные истории, которые он знал в огромных количествах. А может даже увидеть из окошка монастыря Касла, проезжающего по центральной улице.
О Касле она старалась не думать. Анна была твёрдо уверена, что он при следующей встрече снимет с её запястья браслет, тем самым разрывая помолвку. Поэтому она была рада тому, что с бродягами всё дальше и дальше уезжает от замка Келлери.
Холодное время было на исходе, и путь артистов лежал дальше на восток.
Как-то вечером Анна сидела у камина и вязала носки. Кстати тоже новшество в мире, куда забросила её судьба. Вязать здесь не умели. Зато прекрасно валяли шерсть, получая или тонкую ткань для одежды, или объемные изделия, такие, как носки или шапки. Делали здесь и нити, из которых ткали и шерстяные и льняные ткани. Но вот вязать не умели. А Анне так не хватало тёплого вязаного шарфа. Шарф, сотканный на станке тоже был тёплым, но всё же в вязаном было уютнее.
Еще осенью, за небольшую плату, кузнец одного из Домов, куда завели их бродяжьи тропы, выковал Анне корявенькие спицы, обещая, что металл очень хорошего качества не покроется ржавчиной и не потемнеет от частого прикосновения рук. Он хоть и пытался выяснить назначение двух длинных металлических палочек с шариками на концах, но так ничего и не понял, несмотря на то, что женщина в красках пыталась описать ему процесс вязания.
На площади расспросила местных кумушек, не прядёт ли кто-нибудь тонкие нитки, познакомилась с мастерицей и купила два мотка чудесной пушистой пряжи белого и серого цвета.
Теперь же вечерами, после того, как все представления сыграны, все артисты накормлены, все вопросы решены, она устраивалась в уголок и вязала.
Спицы и впрямь оказались из хорошего металла, рук не пачкали, были лёгкими и удобными. Сперва связала один шарф себе, затем Кира потребовала и себе такой же, потом пошло-поехало. Всем девушкам захотелось укутаться в новый вид зимней одежды.
И хозяйку Дома нельзя было обделить. Пришлось и ей связать, да не шарф, а палантин из тончайшей шерсти, окрашенной в зелёный цвет.
А теперь она взялась за носки.
И вот, когда первый носок был уже почти готов, женщина потянула за нить и подняла две щепочки, прицепившиеся к ней. Анна попыталась стряхнуть щепки, но они отцепляться не хотели и болтались, как две ножки.
- Эврика! - произнесла Анна, артисты, привыкшие к её неординарности, переглянулись и подошли к ней.
- Опять придумала что-то?
- Да, я сделаю марионетку. Такую куколку. Мне нужен для начала небольшой платок и клубочек, а если получится ей управлять, то может и настоящую с ручками-ножками сделаю!
Весь следующий день Анна трудились над куклой. Выверяла длину нитей, заново училась управлять игрушкой. В конце дня артисты с раскрытыми от удивления ртами следили за живой куклой, которая сама ходила и говорила голосом Анны.
Да, Анне точно в предыдущей жизни не хватало таких искренних восторженных взглядов, которыми раз от раза её награждали артисты небольшого балаганчика и зрители на площадях, где разыгрывались представления.
На следующий день, женщина взяла с собой на площадь куклу и решила выступить с ней. Опробовать на публике новинку.
Когда основное представление уже подходило к концу, она опустила куклу на землю и заставила ее немного подвигаться, то натягивая, то отпуская нити. Люди, стоявшие близко к помосту заинтересовались, что за чудо такое? А затем, Анна изменив свой голос сказала.
- Эй, честной народ! Кто загадку мою отгадает, тому грошик достанется.
Народ сперва и не понял, что за загадка, почему кукла говорит и отпрянул от сцены, но вот минутное замешательство прошло, и всё внимание снова сосредоточилось на необычной актрисе.
- Ну, есть умные люди? - Выкрикнула кукла.
- Вот тебе монетка, загадывай! - Молодой парнишка, хорошо одетый, положил на помост рядом с грошиком свою мелкую монетку.
- А вот слушай! На берёзе пять больших веток, на каждой большой ветке по три маленьких, а на каждой маленькой веточке растёт по две шишки, отгадай, сколько же шишек на том дереве?
- А чего там отгадывать? Это просто! - Парень светился от счастья, что такую лёгкую загадку ему кукла загадала. - Тридцать шишек!
Он обернулся к толпе, те согласно загудели, подтверждая его решение.
