— Хотела, а толку-то теперь.
— С Грейнджер всё понятно, — влезла Ли, — она общество защиты домовиков создала. А как получил значок Уизли?
— Тебе официальную версию? — поинтересовалась Патил и, дождавшись кивка, продолжила: — Он у нас, оказывается, президент шахматного клуба, правда, его там видели ровно один раз — на первом курсе. А ещё Рональд выполнял все поручения старосты школы, когда им был Перси.
— А неофициальную? — спросила я.
— Неофициально, — отозвалась Джонс, — Уизли — родственники директора.
— То есть? — не поняла Ли.
— У Дамблдора есть младший брат Аберфорт, а кто-то из старших Уизли ему то ли племянник, то ли внук. По меркам магической Англии — довольно близкое родство.
— Тогда, — сказала Патил, — это многое объясняет. А ты откуда знаешь?
— Моя сестра играет в «Холидейских Гарпиях», много где бывает и много чего слышит, — ответила Джонс.
Мы немного помолчали, а затем девочки начали расспрашивать меня и Ли о поездке в США и рассказывать, как провели лето. Я уже не скрывала того, что это мой последний год в Хогвартсе, и рассказывала о Салеме и правилах поступления. За разговорами дорога пролетела быстро — пару раз к нам заглядывали старосты в лице Паркинсон и Аббот, заходил Долгопупс в поисках жабы и Криви с отчётом о жизни моей птицы. По прибытию оказалось, что Хагрид, который традиционно собирает малышей — отсутствует, а его место заняла какая-то волшебница.
— Это кто? — спросила я.
— Граббли-Дёрг! — удивлённо ответила Боунс. — Специалист по магической флоре и фауне, магистр. Интересно, чем Дамблдор её заманил?
— Она очень хороший учитель? — спросила я, залезая в карету.
— Насчет учителя не знаю, — отозвалась Сьюзен, присоединяясь ко мне и Ли, — но специалист мирового уровня.
— Может, — предположила Ханна, — из-за Запретного Леса? Там много всего водится.
— Может, — сказала Боунс, — потом узнаем.
— Э-э-э, — получается, что теперь УЗМС обязательный предмет? — спросила я.
— Ой, точно! — воскликнула староста Пуффендуя. — Она же магистр.
— Bleat! — я не ходила на этот предмет, а если сейчас он будет обязательным, то по нему нужно сдать СОВ. Трындец.
Как только карета подъехала к главному входу, мы всей гурьбой отправились в Большой Зал — есть хотелось ужасно. Из-за стола Слизерина мне помахала Милли в новенькой мантии с двумя «Т» на груди. Интересно, кто купил — Крэбб или Гойл? Винсент и Грегори всегда носили мантии именно этого бренда, в то время как Малфой одевался у Малкин. Сравнивать «Мантии на все случаи жизни» и «Таттинга» — это всё равно, что сравнить покупку, ну, к примеру, спортивного костюма «Адидас» в каком-нибудь бутике на рынке и фирменном магазине. Вроде и разницы нет, но в тоже время она огромна. Почему Малфой-младший покупает школьную форму у Малкин, история умалчивает.
Василий, Лаки и Майя обнаружились на больших факультетских часах — коты мирно дремали, наблюдая прибытие детей. Первокурсников было не просто много, а очень много — распределение затянулось почти на целый час. Пуффендуй пополнился двадцатью семью малышами — двенадцать мальчиков и пятнадцать девочек. Гриффиндор получил тридцать человек, где в равных количествах были мальчишки и девчонки. Когтевран обзавелся шестнадцатью первокурсниками, причём мальчишек было одиннадцать. А в Слизерин попало восемнадцать человек, из них — всего шесть мальчиков. Глаза у старост всех курсов были как у удивлённых героев аниме — круглые-круглые. Работы предстоит много. Многие малыши, глядя на изобилие еды, появившейся на столах, привидений и движущиеся портреты, были в ступоре и не знали, с чего начать, а про вопросы я уже и вовсе молчу. Дамблдор не стал мучить нас длинными речами и, представив новых преподавателей, уже хотел распустить всех, но Долорес Амбридж, новый учитель ЗОТИ, перебила директора, поднялась со своего места и начала вещать про политику, школу и равенство. Ее почти никто не слушал — дети занимались своими делами и, как оказалось, зря.
— Анна, — обратилась ко мне Сьюзен в гостиной факультета, — как в русском языке называется слово, когда всё плохо?
— Pizdez!
— Вот он у нас и настал, — сказала староста.
Детей с первого по четвертый курс уже разогнали по спальням, и старшекурсники собрались у камина в гостиной, чтобы обсудить дела факультета.
— Как это? — спросил теперь уже ученик Снегга Фоссет.
— Ты речь слушал?
— Нет. Вода-водой, что-то про прогресс…
— Вот именно, — перебила Боунс. — Все политические выступления тщательно проработаны, каждое слово имеет определённое значение и множество скрытого подтекста.
— А покороче?
— Министерство недовольно Дамблдором, Поттером и шумихой вокруг Турнира. Амбридж прислали для получения информации и дискредитации директора.
— Получается, — перебил семикурсник, — Министерство будем вмешиваться в дела Хогвартса?
— Да. Тётя предупреждала, чтобы я сидела тихо — это не наша весовая категория.
— Короче, строим из себя идиотов и улыбаемся, — припечатал Болдуин.
— Если уж совсем грубо, то да. Дамблдор нам мало чем поможет — его выгнали из МКМ и Визенгамота. Он теперь просто директор.
— Что ещё от нас требуется? — спросила я.
