Вот уже вышла пластинка "Человеческая судьба", и Анна затаив дыхание слушает ее на проигрывателе. Потом она ставит старую пластинку с "Танцующими Эвридиками", сравнивает записи. Может быть, ее чуткое музыкальное ухо уловит печать болезненности, ведь все пережитое не могло не отразиться на голосе... Но как ни вслушивалась Анна, как строго ни судила себя, разницы в звучании не замечала. Разве что сама себе она казалась старше, может быть, мудрее...
Збышек рассказывал ей, что пластинка, как и книга, расходится с феноменальной быстротой, ее якобы уже продают из-под полы и спекулянты запрашивают бешеную цену.
Месяца через четыре она получила письмо со штампом студии грамзаписи: "Тираж пластинки "Человеческая судьба" побил все рекорды. Пластинка будет объявлена "золотой". Далее следовали официальные поздравления.
Успех пластинки придал ей бодрости и надежды. Теперь она была уверена, что вернется на сцену! Ночью долго не могла заснуть: ей чудился слепящий свет рампы и устремленные на сцену взгляды. В них - удивление, настороженное ожидание...
xxx
Близился новый, 1970 год. Анна уже ходила по квартире без палки. Правда, она еще нетвердо держалась на ногах, и Збышек расставил по ее "маршруту" стулья, протянул канат, чтобы в случае чего ей было за что ухватиться.
Анна приняла предложение редактора телевидения и согласилась сниматься в телевизионной программе, Судя по всему, редактор, которому была поручена передача об Анне Герман, не слышал пластинки "Человеческая судьба" - плод выстраданной жажды творить. "Может, это и к лучшему? - подумала про себя Анна. - В таком случае интересно, что он предложит".
Редактор говорил Анне как будто бы дельные вещи:
- Конечно, телезрители соскучились по вас. Многие песни, которые вы пели, любимы и до сих пор. Но вы взрослый, разумный человек и прекрасно понимаете, что время не стоит на месте. Многое изменилось. То, что делалось на эстраде вчера, - сегодня устарело. Попробуйте "схватить" сегодняшнюю манеру. Посмотрите, как работают Родович и Сосницкая.
- Мне очень нравится, что и как они делают, - призналась Анна, - но я бы не была собой, если бы взялась кого-то копировать. Как я понимаю, вы заинтересованы в успехе передачи? Давайте сделаем ее "хитро". Вот как: я пою несколько песен, совсем новых. А потом... Потом я попрошу ответа у зрителей: какая Анна Герман им больше нравится - та, "прежняя", что была три года назад? Или им нужна другая - "новая" Анна?.. А вообще-то я думаю, честно говоря, что меня пора вышвырнуть на свалку!
- Ну, зачем же на свалку? - запротестовал редактор. - Вы отлично сможете петь еще много-много лет. До пенсии. Будете рассказывать с эстрады о катастрофе, о своих страданиях. Публика это любит...
Анна каменно молчала, но редактору, заметившему ее пронзительный взгляд, пришлось отвести глаза. Шутка была из разряда самых неудачных.
- Ну что ж, к делу, - после паузы предложил он. - Идемте слушать фонограммы.
...Когда телепередача была окончательно смонтирована, устроили просмотр. Собственно говоря, на этом просмотре были только сама Анна, редактор, режиссер и его ассистент. Анна старалась быть самым придирчивым зрителем. Она внимательно смотрела на экран и думала о том, что ее авторский замысел во многом удался: прежде всего не вызывать жалости. Будто она рассталась со своими поклонниками вчера и вернулась сегодня, как всегда, легкая и изящная.
Особенно ей пришлась по сердцу новогодняя песенка о Снегурочке и Миколае. Она ехала в карете в костюме Снегурочки, ее сопровождали артисты балета. Потом Анна легко выпархивала из кареты и присоединялась к танцующим. И эта хорошо снятая сцена создавала атмосферу праздника и искреннего веселья. Она спела также песню Доменико Скарлатти - итальянского композитора XVII века, современную итальянскую песню, "Русскую раздольную", которую показал ей один молодой композитор в Ленинграде, свою "Человеческую судьбу". А затем, как и было задумано, обратилась к зрителям за советом: "Оставаться ли мне такой, какая я есть, какой была? Или постараться стать более современной?" Концерт показывали в хорошее время, накануне появилась реклама во многих газетах, дикторы телевидения за день до показа концерта несколько раз сообщали о предстоящей премьере. Успех превзошел все ожидания! Сразу же начались звонки на телестудию. Зрители умоляли поскорее повторить передачу. Такой огромной почты музыкальная редакция телевидения не собирала никогда!
Из письма Качалиной Анна узнала, что концерт показали и по Советскому телевидению - и тоже с большим успехом. В Госконцерт приходят многочисленные заявки от филармоний с просьбой пригласить Анну Герман с сольным концертом в Советский Союз. С сольным концертом!.. Об этом можно было только мечтать, даже когда Анна была здорова. А теперь, когда травмы только начали заживать, справится ли она с такой огромной нагрузкой? Ведь первые ее попытки в Польше не предвещали ничего хорошего.