– Не совсем. Понимаю, звучит, будто я извиняю их необдуманную глупость, но это не так. Я имею в виду, что парни и девушки сильно отличаются в желаниях и поведении. И когда к отношениям добавляются бушующие гормоны, смешанные с эмоциями, то и вовсе удивительно, что мы еще не сходим с ума. – Услышав собственные слова, произнесенные вслух, Анна невольно задумалась, для кого она вообще говорит, для Кимми или для себя.
Едва открыв глаза, она стала думать о Вронском. Это не беспокоило бы ее, если б не факт, что Граф был последним, о ком она размышляла, прежде чем заснуть.
– Значит, вывод заключается в том, что мальчишки глупы? – спросила Кимми, шутя лишь отчасти.
– Да, – ответила Анна и рассмеялась. – Моя работа тут закончена!
Кимми подняла взгляд и увидела Марту с серебряным подносом. Та поставила перед Кимми блюдце и чашку с дымящимся горячим шоколадом, а также хрустальную конфетницу в форме сердца с несколькими большими зефиринами. Перед Анной она положила половину розового грейпфрута и ложечку для него, такую, которую Кимми впервые увидела в отеле «Мандарин Ориентал», когда летала с матерью в Лондон. Она вспомнила, что была так очарована красивой крошечной ложечкой с зазубренными краями, что в конце ужина сунула ее в сумочку.
– Если бы ты была на месте Лолли, ты б простила его? – спросила Кимми. – Ну… если б он не был твоим братом и все такое.
– В смысле, если б мой парень изменил мне, могла бы я простить его? – уточнила Анна. Она задавалась тем же вопросом еще ночью, когда пыталась успокоить Лолли.
– Извини, если это было грубо. Я не хотела тебя оскорблять.
– Это прозвучало вовсе не грубо, – задумчиво заверила ее Анна. – Я должна быть честной и скажу, что не знаю. К счастью, я никогда не была в такой ситуации. Полагаю, все зависит от обстоятельств.
– Но разве есть ситуации, в которых измена это нормально? – спросила Кимми.
– Вероятно, нет. Но я едва ли разбираюсь в вопросе. У меня самой был лишь один парень. Но отношения – сложная штука. Стивен – мой брат, но я поддержу любое решение Лолли.
– Я тоже, – согласилась Кимми. Она отчаянно хотела понравиться Анне и без проблем сменила тон. – Я в курсе, что моя сестра любит Стивена. Она постоянно повторяет это. Может… – Она помедлила. – Может, их отношения станут лучше? Сильнее?
Разговоры о любви заставили Кимми вспомнить о Дастине, но она постаралась забыть о нем, решив, что парень пришел на ум потому, что она снова пила горячий шоколад. Мысли ее переместились к Вронскому. После знакомства на Новый год она видела его, по крайней мере, раз в неделю: к примеру, в «Плазе», где подавали вечерний чай. Кстати, затем они гуляли в Центральном парке… и еще дважды встречались вечером выпить кофе.
Анна заметила улыбку Кимми и спросила, о ком она думает.
– Как ты догадалась, что я думаю именно о ком-то? – воскликнула Кимми, вспыхнув от смущения, но обрадовавшись возможности обсудить именно то, что ей хотелось. Она полагала, что Анна знает Вронского, и ей не терпелось узнать ее мнение о нем. Анна была подругой Гринвичского Старика, что автоматически приравнивало ее едва ли не к членам королевской семьи, этакая американская версия принца Уильяма и Кейт. «Пожалуй, мы с Вронским можем стать Гарри и Меган».
– Просто показалось, – ответила Анна, обрадовавшись возможности посплетничать с Кимми. В отличие от Кимми, у нее был бойфренд, и она прекрасно понимала, что ей лучше не мечтать о других парнях.
Кимми пригубила горячий шоколад.
– Я встретила его на новогодней вечеринке твоего брата, а после видела его несколько раз.
– Значит, это Дастин? Друг Стивена? – невинно осведомилась Анна. – Твоя сестра упоминала о нем еще ночью. Я слышала, Массачусетский технологический счастлив заполучить его.
Кимми нахмурилась, услышав имя Дастина и покачала головой.
– Только не он. То есть Дастин милый и, возможно, влюблен в меня. Но мне нравится кое-кто другой, а я не уверена, что это взаимно.
Внезапная застенчивость Кимми очень ее красила.
– Конечно, ты ему нравишься! Ты понравишься любому. Признайся, кто этот таинственный незнакомец?
– Его зовут Алекс. Алексей Вронский, хотя ты знаешь его по глупому прозвищу Граф Вронский.
Глаза Анны распахнулись, но она быстро взяла себя в руки.
– Как странно, я познакомилась с ним вчера. Я приехала на том же поезде, в котором ехала его мать, и он пришел на Центральный вокзал встретить ее.
Кимми была в восторге. Накануне Вронский не появился на катке, потому что был с матерью, значит, он не потерял к ней интерес, как она боялась. Она так обрадовалась, что не заметила, как слегка изменилось настроение Анны.
– А какая у него мама? Алекс мало что мне рассказывал, но я вижу, что они близки. – Девушка была счастлива, что наконец-то появилась подруга, с которой можно поболтать о Вронском. Лолли всегда осуждающе относилась к парням и постоянно предупреждала сестру о том, что Вронский был известной кокеткой и настоящим плейбоем.
