– У Эддисон на следующий день было такое похмелье, что голова заболела и у меня! – воскликнул Бенджамин.
– О’кей, номер восемь! – продолжала Беа. – Мы познакомились как раз потому, что наши беспечные матери потащили нас на спа-курорт «Каньон Ранч» вместо Диснейленда.
– Брейтон! – выкрикнула Адака. – Все знают, что ваши матери – сиамские близнецы…
– Номер девять! – провозгласила Беатрис. – Мы встретились за кулисами на концентре Джастина Бибера. Вломились туда и стащили его боксеры из гримерной, которые теперь шлем друг дружке туда-сюда через службу доставки «Федэкс», словно Сестры-путешествующего-белья.
– Метод исключения, – оживился Вронский. – Это наверняка Оливия и Ливингстон.
– Кстати, – сказала Оливия, – жди посылки в ближайшие несколько дней.
Ливингстон ухмыльнулась:
– Каждый раз, как я надеваю их на ночь, мне снится сон о сексе с Бибером.
– Лучше б мы этого не слышали, Ливи, – заметила Оливия.
– Не будь такой ханжой, Оливия, – фыркнула Ливингстон.
– Номер десять! Мы встретились, когда я по пьяни схватилась за его член, а он вежливо сообщил, что мы играем в разных командах и добавил, что, если бы я еще чуть-чуть вскинула брови, у меня глаза действительно полезли бы на лоб.
Данди Зэд сделал глоток шампанского, поднялся и откланялся.
– Виновен.
– Номер одиннадцать! – продолжала Беа. – Мы познакомились в песочнице в Хэмптонсе, когда нам исполнилось пять. Она появилась с ведерком, а я – с лопаткой.
– Моя сестра, Анна! – отгадал Стивен. – Я тоже там был. Разрушил песочный замок девчонок и заставил их убежать в слезах!
– Да, ты так и поступил, мерзавец, – пошутила Анна.
Беа скорчила гримасу.
– Это был номер двенадцать: Стивен, который разрушил наш замок из песка. Но ты помнишь, как тебе влетело, а мы получили банановый сплит[58] из закусочной. Конец игры!
Гости заулюлюкали и подняли тост за Беатрис, в ответ она отсалютовала бокалом и заявила, что теперь пришла пора второго раунда, когда каждый должен сказать что-нибудь хорошее и о ней.
– Да ладно, Беатрис, не заставляй нас лгать! – При этих словах приглашенные дружно расхохотались, и после этого трапеза перемежалась восторженными шутками и звоном бокалов, наполненных «Вдовой Клико».
Все были настроены провести дьявольскую ночь.
После того как Анна осмотрела шикарную спальню в стиле шестидесятых Лолли и Стивена, она прошла по коридору к своей комнате, держа за ручку чемодан «Луи Виттон», который послушно катился следом за ней. Девушка была погружена в свои мысли, пытаясь решить, какой костюм наденет. Она сократила количество вариантов, оставив лишь три идеи. Первая – черные кожаные брюки, черное блестящее латексное бюстье, солнцезащитные очки и зачесанные назад волосы в духе Тринити из «Матрицы». Вторая – платиновый парик, черное шелковое облегающее платье и белый мини-тренч с сапогами на шпильках а-ля «Взрывная блондинка»[59]. Третья – миссис Смит из фильма с Анджелиной Джоли и Брэдом Питтом: тут ей понадобится одна из белых, застегивающихся на пуговицы, рубашек отца и пара красных высоких веллингтонских сапог. Каждый из образов оказался вызывающим, но она была готова косплеить крутую, надирающую задницы героиню фильма, которая не потерпит унижений от окружающих.
Дойдя до последней двери в конце коридора, Анна увидела, что Вронский стоит, прислонившись к стене, и ждет ее.
– Привет, – сказал Граф. – Хотел убедиться, что ты не заблудилась.
Анна помахала схемой, которую Беатрис нарисовала на коктейльной салфетке.
– У меня есть карта, – ответила она, мгновенно насторожившись. – Хотя раньше мне никогда не нужна была карта дома, но этот особняк – просто нечто безумное.
– Да, – согласился Вронский. – Кирилл, Беа и я, бывало, играли здесь в прятки, но нам никогда не удавалось найти друг друга, поэтому это было не слишком весело. Могу я показать тебе спальню? Я попросил кузину, чтоб она разместила тебя тут, в моей любимой комнате.
Анна кивнула, и Вронский открыл дверь и придержал ее, чтобы девушка смогла пройти вперед. Она переступила порог и огляделась, разглядывая чересчур шикарное, однако со вкусом оформленное помещение в стиле восьмидесятых. Там было много яркого неона, и комната ей сразу же понравилась.
Вронский вошел вслед за ней, стараясь не закрывать дверь и продолжая вести себя как джентльмен.
– Никогда бы не подумала, что тебе нравится музыка восьмидесятых, – сказала Анна. Она начала поднимать чемодан, чтобы положить его на королевскую кровать, покрытую блестящим сатиновым ярко-розовым покрывалом, но Вронский кинулся помочь ей. – Он не тяжелый, я уже справилась.
Поняв намек, он сделал два шага назад.
– Извини. Я просто счастлив, что ты здесь – вот и все.
