— Хорошо, — женщина кивает и послушно уходит, а мистер Лоуренс ведет меня в гостиную. Здесь темный низкий столик, два кресла и диван. Мебель старенькая, но ухоженная, кажется, совсем недавно ее полировали.
Я села в квадратное и жесткое кресло. Сложила руки перед собой и осматриваюсь.
— Тебе удобно? Хочешь чего-нибудь? — спрашивает мистер Лоуренс.
— Все хорошо. Спасибо.
Мужчина не похож на человека из семейной фотографии. В жизни он выглядит гораздо мужественнее. Да, он, аккуратно причесан и хорошо одет, но вот лицо и взгляд принадлежат мужчине, а не женоподобному щеголю.
— Как вы… с мамой? — спрашиваю я.
— Мы беспокоились. Том много ужасного нам рассказал. Твое намерение развестись — это правда?
— Да.
Бенджамин опустил взгляд.
— Он обидел тебя?
Я часто захлопала ресницами. Мне трудно ответить на этот вопрос, поэтому как можно мягче говорю:
— Мы не подходим друг другу.
Бенджамин Лоуренс странно посмотрел на меня. Он не считает меня сумасшедшей, но за здоровую тоже не принимает.
Какое-то время молча смотрим друг на друга.
— Развода не будет, — вдруг сказал мистер Лоуренс, а у меня опустилась челюсть. — Но мы с матерью поможем вам разобраться в проблеме, думаю, миссис Стоун поможет тоже.
— Нет, — категорично заявила я.
— Мы не допустим этого позора! — решительно вмешалась миссис Лоуренс, поставив на стол поднос с чаем. Ее лицо все еще остается влажным от недавних слез, но взгляд стал жестким. — Подумай о репутации, — сказала она. Зашла за спину и положила руку мне на плечо.
— Тем более твое желание невыполнимо, — подытожил Бенджамин.
— Все наладится, милая, — подбадривает хозяйка дома. — Мы все решим. Вместе.
Я не понимаю этих людей! Любящие дочь родители не должны себя вести вот так.
— Он меня в психушку бросил! Ничего уже не наладится, — разозлилась я.
— Ты сама во всем виновата! — вдруг взвизгнула женщина, ее ногти больно впились мне в плечо. Она возвышается надо мной, и я не могу видеть ее лица, оттого мне еще страшнее даже шелохнуться.
— Джина, — мягко осадил ее мистер Лоуренс.
— Если было трудно, надо было мне позвонить, а ты что натворила?
— Джина, сядь на диван! — рявкнул на жену Бенджамин. Женщина послушно обошла меня и села. У нее виноватое лицо, но не слишком.
Мне хочется уйти из этого дома, но какая-то сила удерживает меня на месте.
— Мама хочет сказать, что своим поведением ты вызвала у Тома подозрения. Но я не согласен с тем, что он сделал. Мы не согласны. Психиатрическая больница — это слишком радикальное решение, он должен был посоветоваться с нами или хотя бы поставить в известность до того, как оставить тебя там. Но об этом я с ним еще поговорю, — мужчина не берет, а хватает чашку.
— Вы понятия не имеете, что это за место, — безо всяких эмоций говорю я. — Я могла остаться там навсегда.
— Что за чепуха! — вспылила женщина. — Том бы так не поступил. Он забрал тебя.
Задумчиво качаю головой. Думаю, мне больше нечего сказать этим людям и им больше нечего говорить мне.
— Я была рада увидеть вас, — вежливо говорю я, у меня даже получилось улыбнуться. Поднимаюсь с кресла.
Мужчина встает следом, он растерян.
— Рада, что вы здоровы и у вас в целом все хорошо, — пытаюсь улыбнуться шире.
— Ты одумалась? — женщина вскочила с дивана. У нее очень тревожное выражение лица.
У меня заныли мышцы на лице, ответственные за улыбку.
— Мне пора, — больше я не улыбаюсь.
— О боже мой, Бен, — женщина хватается за руку мужчины, как будто упадет сейчас в обморок.
— Проблема, и сразу в крайность! Один в больницу отправляет, другая на развод идет, — со злостью упрекнул мистер Лоуренс. — Мама права, Том забрал тебя уже через два дня… это много значит.
Больше не могу слышать это заблуждение.
— Том не знает, что меня нет в больнице, — сказала я. — Так что, будьте уверены, забирать он меня не собирался. Во всяком случае, так скоро.
— Но как же… — вперед подступила миссис Лоурен.
— Я арендую квартиру, средства к существованию у меня есть. Ни о чем не волнуйтесь.
— Откуда у тебя все это может быть? — осторожно уточнил мистер Лоуренс. Миссис Лоуренс, кажется, даже не дышит.
— Мама. Папа. Я очень была рада вас увидеть.
Вот таким странным образом прошла моя первая встреча с родителями Анны Стоун. Встреча вышла недолгой, но этого оказалось достаточно, чтобы понять, что они за люди. Они приняли меня как Анну. Это хорошо. Но не оказали поддержки в моих намерениях — очень плохо.
Этот разговор был непростым. Что теперь обо мне подумают эти люди? Их Анна где-то и не с мужем, имеет средства к существованию, и муж к этому не причастен. Скоро им все станет понятно. Хорошо, что они узнали обо всем от меня.
Прости меня, Анна, за неизбежно разбитые сердца твоих родителей.
Процесс самобичевания прервал пристальный взгляд того же соседского парня. Он уставился на меня.
— Добрый день! — крикнула я ему. К моему удивлению парень поспешно направляется ко мне. Он прислонился к забору, его большие руки легли на него.
— Привет, — он кажется взволнованным. — Как ты?
— Хорошо, — нейтрально отвечаю я незнакомцу.
— Я слышал у тебя проблемы. Не из-за нас?
