— Миссис Стоун боялась огласки внутренних семейных проблем, и эпизоды рукоприкладства остались не зафиксированы.
— Ответчик Стоун, — теперь судья обратился к Тому. — Случалось вам когда-нибудь поднимать руку на жену?
В тот же миг адвокат Берч склонился к Томасу и тихонько нашептал ему инструкции.
— Нет, — уверенно произнес Том, а меня охватила злость.
— А происходило ли что-то, что миссис Стоун могла ошибочно принять за побои?
«Что это за вопросы такие?» — мысленно возмутилась я.
— Я не знаю, что моя жена могла принять за побои, — спокойно отвечает Стоун. — Я бы не смог поднять на нее руку. Никогда, — Том посмотрел на меня. — Я люблю ее.
— Спасибо за ответы.
Председательствующий дает слово ответчику.
Айзек Берч поднялся с места. В окна бьет солнечный свет, и его это заметно раздражает.
— Уважаемый суд, свое выступление я начну не с повествования о том, какими были Томас и Анна Стоун. Моя речь начнется с Шарлотты Хендриксон, — его взгляд медленно перемещается по лицам судей. — Ее дружба с Анной Лоуренс, а ныне Стоун, началась еще в далеком прошлом. Одна улица, два соседских дома, одна школа, один колледж… Достаточно крепкая дружба, но такая дружба имеет определенные последствия. Девушки очень много времени проводят вместе, вместе гуляют по улице, вместе ходят в кино и кафе, стоит ли перечислять все возможности? Достаточно сказать — вместе всегда.
Айзек Берч взял короткую паузу, а после заговорил опять. Тон его голоса стал тверже.
— Томас Стоун, очарованный восхитительной Анной, проводит с ней много времени, но… влюбленные почти никогда не остаются одни. Подруга Анны, Шарлотта Хендриксон, всегда рядом. Строгих нравов Анна и распущенная Шарлотт. Не он соблазнил мисс Хендриксон, а она его!
Публика заголосила, и председательствующему пришлось вмешаться. С несколькими ударами молотка порядок был восстановлен.
— Да, была совершена ошибка, и Томас отчаянно сожалеет о ней! — громко объявил Берч. — Томас Стоун незамедлительно делает Анне предложение стать ему женой, но прежде разрывает всякие отношения с Шарлоттой Хендриксон, — затем говорит с сожалением. — Но Шарлотта не согласна! А Томас не может рассказать Анне правду в страхе ранить ее чувства.
Вся аудитория молча следит за Айзеком Берчем и за ходом его мыслей.
— Мистер Стоун покупает дом в Гринпарке. Милый дом вдали от Форклода и от Шарлотты Хендриксон. Разве стал бы мистер Стоун устраивать семейный очаг за три тысячи миль от Форклода, если всерьез был заинтересован во встречах с ней?
Оглядев присутствующих многозначительным взглядом, Берч продолжил:
— Накануне свадьбы Томас говорит девушке, что, несмотря на приглашение Анны, мисс Хэндриксон — нежеланный гость на свадьбе. Да, резко! Да, жестоко! Но необходимо… — Берч поднимает над головой желтый лист на всеобщее обозрение. — Мистер Стоун сообщает мисс Хендриксон о полном прекращении их отношений не по телефону и не лично, а телеграммой!
Секретарь принимает бумагу у Берча и предоставляет суду, затем дает возможность ознакомиться с ней мне и Джеферсону. На желтой странице, заляпанной чернилами пишущей машинки, значится следующее:
«Адрес: город Форклод, Лоуклау 14. Шарлотте Хендриксон лично в руки. Шарлотт, все должно закончиться. Я не хочу видеть тебя на своей свадьбе. Я не хочу видеть тебя в своем доме. Никогда». А ниже штамп службы, удостоверяющий подлинность текста письма.
Мой взгляд зацепился за название улицы «Лоуклау», а затем словно в лихорадке всплыли слова Берча: «подруги детства», «два соседних дома» и в ту же секунду я вспоминаю дом родителей Анны за номером 13.
Мне припомнились разорванные фотографии в альбоме.
Когда мне стало известно, что у Тома есть любовница, я догадывалась, что ею могла быть подруга колледжа, та, что на снимках. Но я и подумать не могла, что все вот так грустно…
Я считала, Анна вернулась в дом родителей за их поддержкой и теплом родных стен, но, быть может, она приехала к Шарлотте… И что потом?
Очень сильно болит голова.
Выходит, соседский парень, с которым изменила Анна — родной брат Шарлотты.
Мои размышления прервал холодный голос Берча:
