Я могла пообещать ему то, что уже сказано-пересказано другими – новый дом, новых друзей, заботливого опекуна. Но вместо этого я подарила ему тепло, и Итан забыл печальные мысли и удивленно потер грудину кулачком.
– Я хочу мороженого, – сказал куда-то в сторону.
Одна из женщин кивнула и вышла из комнаты. Я закончила воздействие и проверила структуру нитей ауры. На сегодня достаточно. Этой ночью Итан заснет без кошмаров. Страхи перестанут подбрасывать его в постели, доводя до слез.
– Хочешь мороженого, Анна? – спросил он. Густые ресницы распахнутых глаз царапали прозрачную кожу.
– Да, – ответила я, не подумав, и тут же добавила, – но мне нельзя.
– Почему? Ты заслужила. – Мальчик раскрыл ладошку и положил ее себе на грудь. – Ты сделала мне тепло. – Его асимметричная улыбка казалась на удивление задорной.
Присутствующие топтались на месте, заглядывая мне в лицо, а я была разбита детской благодарностью, она в разы сильнее слез взрослых мужчин и женщин. Искренний детский взгляд стекал по мне, пробивая до испарины.
Я улыбнулась социальным работникам. Легкое воздействие на их ауры подарило им приятные ощущения и отвлекло от происшедшего. Слухи мне не нужны, да и Джулиусу тоже. Пусть думают, что я психолог или просто сострадательная жена знаменитого адвоката.
– Что ты сделала? – спросил муж, когда мы сели в машину.
– Передала мальчику тепло и радость, сгладила боль и страх, а остальным займусь позже. Воспоминания я изменить не могу, но смягчу связанные с ними эмоции.
– Вот так, просто, сгладишь эмоции – и все? За три встречи ты снимешь груз прошлого? Ты действительно можешь это сделать?
Уличные огни отразились в глазах мужа неровными молниями. Он смотрел на меня из темноты соседнего сиденья. Мне вдруг показалось, что он вот-вот попросит меня убрать эмоции, сохранившиеся после нашей первой брачной ночи. После нашего знакомства.
– Не отвечай! – вдруг сказал он. – Я и так знаю, что можешь. Несколько месяцев назад ты помогла моему другу. Это было невероятно, ты изменила его жизнь, спасла его. Поэтому я знал, кто ты такая, когда мы познакомились на приеме.
– Как зовут твоего друга?
– Это не относится к делу.
Мы въехали в тоннель, ведущий к подземному шоссе, и слились с медленным потоком машин. Повернувшись, мы смотрели друг на друга. Вслепую, в темноте.
Я чувствовала мужа рядом, он пах одеколоном, чернилами и усталостью.
– Поэтому ты и согласился на брак, – догадалась я и подавилась этими словами. Джулиус надеялся, что нашел хорошего человека, и влип в такую историю.
На меня накатило отчаяние. Лучше бы он женился на мне из-за денег, тогда я смогла бы его презирать. А так… он действительно хороший человек.
– Отчасти, – сдержанно ответил он. – На приеме мы случайно оказались за одним столом. Друзья надсмехались над моей популярностью у незамужних девиц. Один из дамских журналов назвал меня холостяком года, и мне не давали прохода. После десерта ты подошла ко мне и предложила сделку.
– Какую?
– Брак. Партнерство. Взаимную поддержку. – Джулиус оставлял длинные паузы между словами, словно выдавливал их из памяти.
– И ты согласился? Странно, что из нас двоих безумной считают меня.
– Склонен с тобой согласиться, – рассмеялся Джулиус. – Иногда я пытаюсь вспомнить, что толкнуло меня дать согласие прямо там, на приеме, но не могу. Когда ты сбежала после брачной ночи, я решил, что на приеме ты вмешалась в мою ауру, чтобы добиться согласия.
– Исключено! Я не вижу твоей ауры.
Задрав зад, машина грузно перевалилась через барьер и понеслась по противоположной полосе к выходу из тоннеля.
– Не собираюсь тут рассиживаться! Держитесь! – пробормотал шофер, открыв и снова захлопнув перегородку.
– Не будем тратить время на сожаления! – Джулиус сжал мою руку и не отпустил, удержав в прохладной ладони. – Ты помнишь одно, а я другое. У нас с тобой разное прошлое.
Я впервые ощутила искреннюю симпатию к мужу. Без сомнений, без подозрений. Погладив его пальцы, я улыбнулась.
– И будущее у нас тоже разное. Мы все исправим. Как только я вернусь к работе, мы будем видеться очень редко. А потом я получу свободу. Если хочешь, можешь никому не рассказывать о разводе, чтобы защититься от дамских посягательств.
– А если ты захочешь снова выйти замуж? – Джулиус пристально смотрел на меня.
Заметив, с каким искренним ужасом я отшатнулась от этого вопроса, он рассмеялся.
Звонок вмешался в наше дружеское молчание. Муж отдал несколько указаний, потом передал телефон мне.
Как же приятно слышать голос Ангела! Он напоминает о свободе, о том, к чему я так стремлюсь. Мы поболтали о мелочах, потом он осторожно спросил о муже.
– Все в порядке! – заверила я.
– Если что, ты скажи. Я не посмотрю, что Джулиус – хозяин гостиницы. Он умный мужик и вроде неплохой, но все равно…
– Спасибо, Ангел!
– Ладно, бывай, Анюта!
«Анюта», – повторил муж шепотом. Моим первым порывом было запретить эту вольность и напомнить, что для него я Анна. Но я промолчала и позволила ему снова взять меня за руку.
