Одна красивая, яркая ложь, уверенное «да» – и у нас все будет хорошо. Но я не могу так. Не с мужем, не после того, что он для меня сделал. Я не могу солгать так подло.
– Я могла бы…
– Говори правду!
– Я чувствую к тебе симпатию и влечение, ты замечательный… и я почти…
– Хватит! – крик, сотрясший стены, заставил меня вздрогнуть всем телом. – Оставь патетические речи, они ни к чему. Будь любезна, подпиши документы! Если появятся вопросы, ты знаешь, где меня найти.
Джулиус выпроводил меня из кабинета и захлопнул дверь.
Я подписала заявление о разводе. Не читая. Прямо в коридоре. Ручку мой предусмотрительный муж прикрепил к папке.
Я оставила бумаги на полу около кабинета, только что камнем не придавила, как однажды это сделал Нерон со свидетельством о браке.
Ныло сердце, сильно ныло. Было плохо и тяжко на душе.
Может, я и полюбила мужа. Может, я не знаю, что такое нормальная любовь. С Нероном я знала огонь, край обрыва, полное растворение и вселенский голод. Джулиус подарил мне тепло, защиту, радость и симпатию. Это лучше. Это безопаснее. Такое счастье длится годами. К сожалению, муж хотел большего.
Мужчина, считавший себя холодным, желал моего огня.
Того, что я могла ему дать, оказалось слишком мало. Я сожалела об этом, но не могла его обмануть. Я слишком долго мечтала о свободе, чтобы удерживать Джулиуса против воли. Он достоин того, чтобы его любили всей душой, без заминок, без вопросов и без вмешательства прошлого.
На следующий день, рассказывая о курьезах во время армейской службы, полковник превзошел самого себя. От смеха ныли щеки и слезились глаза. Мы прогулялись по кромке леса, потом свернули к базе.
– Открою вам страшный секрет, – сказала я, – вы в полном порядке, нам незачем больше встречаться.
– Мы никому не скажем, что я здоров, – заговорщически прошептал он.
Мы поднимались по лестнице, когда поблизости раздался хлопок. Обычно на базе царит абсолютная тишина, поэтому любой звук воспринимается как вторжение.
Охранники переглянулись и быстро повели нас в кабинет.
Хлопок повторился, за ним последовал жуткий металлический скрежет. Один охранник остался с нами, второй побежал в направлении шума. Невольно подумалось, что это очередной «несчастный случай», жертву которого вскоре приведут ко мне.
Внезапно раздался ужасающий мужской крик. Нет, не крик, рев, в котором не было ничего человеческого.
– Что происходит? – потребовал ответа полковник, но охранник не ответил.
Раздался еще один крик, звериный и жуткий.
А потом начался такой грохот, словно рушились стены. Крошился камень, ударяясь о металл. Словно база, простоявшая на месте сотни лет, вот-вот обрушится, стирая следы нашего существования.
Пусть рушится.
Пусть грохочет.
Пусть весь мир взорвется и сойдет на нет.
Меня волнует только одно.
Крик. Голос.
Как в полусне, я поднялась на ноги и шагнула к двери. Охранник грубо толкнул меня обратно в кабинет.
Раздался еще один крик, и я не выдержала.
– Нерон! – закричала, раздирая горло.
Нерон здесь, и ему больно. Ему очень больно.
Я подалась к двери, но охранник отшвырнул меня в сторону, как котенка. Наши силы неравные до смешного, а на возню с его аурой нет времени. В этот момент на голову охранника с треском опустился стул. Полковник забрал его оружие и ключи и, заметив мой шок, пожал плечами:
– Я не люблю, когда неуважительно относятся к женщинам. Итак, Анна, вы куда-то собрались? – спросил с усмешкой.
– Я знаю человека, который кричит. Ему больно.
– Не уверен, что ему больно… – полковник задумался. – Мне кажется, он в ярости.
Осмотревшись, мы вышли в коридор. Одинаковые металлические двери не раскрывали никаких тайн. В здании снова стояла тишина, и от этого ужас скользил по коже мурашками.
– Звуки доносились из этой части здания. – Полковник достал ключи и открыл одну из дверей. Огромная комната с рядом полок и металлических столов оказалась пустой. Нахмурившись, полковник покосился на меня.
– Вы никогда раньше не были на базе? – догадалась я.
– Не был. – Полковник сощурился, впервые задумавшись о целесообразности нашей вылазки. Военные тайны как никак. Приняв решение, он похлопал меня по плечу. – Я недавно вышел в отставку, так что нарушить устав – это святое! Будем искать дальше! – смеясь, он открыл следующую дверь.
Еще одна пустая лаборатория.
Еще одна, еще. Пустота вокруг, только запах пыли и сырости.
Ошарашенные, сбитые с толку, мы не знали, что думать. Международная Научная База. Великие проекты, секреты, спасение Тритари… пустота.
Полковник первым нарушил молчание.
– Кто этот человек, который кричит? – спросил он, пристально глядя на меня.
– Это мой бывший опекун, а еще… – Я сделала глубокий вдох, потому что иногда правда поглощает слишком много кислорода. – Мне кажется, он имеет отношение к тому, что случилось с вашей аурой.
