В это время королю сообщили, что Дитвин, епископ Льежский, украшенный многими достоинствами муж, исполнявший должность священника уже долгие годы, ушел из этого мира888. Его преемником король при посредничестве герцога Гоцело, ввиду его выдающихся заслуг на войне, тут же назначил Генриха889, каноника из Вердена, связанного с этим герцогом узами близкого родства. Обязанный королю этим благодеянием Гоцело обещал свое самое активное участие в грядущем походе.
Распустив войско, король спешно прибыл в Вормс. Вскоре после этого Бурхард, настоятель Трирской церкви, который был отправлен с королевским посольством к королю Руси, вернулся назад890, привезя королю столько золота, серебра и дорогих одежд, сколько никогда на памяти людей не привозилось единовременно в Тевтонское королевство. За эту цену король Руси хотел купить лишь одно - чтобы король не оказывал против него помощи его брату, которого он изгнал из королевства. Однако он вполне мог бы добиться этого и даром, ибо тот, занятый внутренними и домашними войнами, не имел никакой возможности вести войны внешние с народами столь отдаленными. Подарок, дорогой сам по себе, оказался тем более ценен, что был сделан в нужное время. Ибо в результате огромных расходов на недавнюю войну королевская казна была опустошена891, а рыцари упорно и настойчиво требовали плату за только что завершившийся поход. Если бы он не удовлетворил их требования с королевской щедростью, нет никаких сомнений в том, что он не мог бы положиться на их преданность в оставшейся части предприятия, которая, как опасались, будет по всей видимости самой трудной.
Архиепископ Майнцский892, разгневанный на епископа Хальберштадтского893 из-за того, что тот, казалось, был главным виновником того, что саксы не согласились сдаться, решил одолеть его духовным оружием, раз не смог это сделать вооруженной рукой. Он отправил к нему посла и, вызвав на собор, обвинил его в вероломстве на том основании, что тот лично, как военачальник, вел войско в бой против государства и короля, которому клятвенно обещал верность. Под этим предлогом он рассчитывал лишить его епископской должности в случае, если последует исполнение его желания, забыв, что и сам повинен в том же грехе, ибо и он, и все князья королевства, которые ныне стояли на стороне короля, с самого начала были в сговоре в той войне против короля. Но посол из страха перед врагами, через землю которых должен был пройти, задержался и не смог объявить ему о сроке законной отсрочки, как того требовал обычай. Так этот нелепый план рухнул с той же легкостью, с какой был начат.
Тем не менее в этом же году, в октябре месяце, [архиепископ] собрал в Майнце собор. Там среди прочих собравшихся епископов присутствовал также епископ Хура894, который доставил письма895 и поручение апостольского престола, в которых [папа] повелевал ему под угрозой лишения сана и должности896, как и прежде приказывал в многочисленных посольствах, заставить всех священников, которые были в его диоцезе, либо расторгнуть в настоящее время брачные узы, либо навсегда отречься от служения священному алтарю. Когда он хотел это сделать, клирики, которые сидели там со всех сторон, вскочили и так бурно протестовали словесно, так бушевали против него руками и жестикуляцией всего тела, что тот не надеялся уже уйти с собора живым. Наконец побежденный трудностью этого дела он решил никогда больше не поднимать этот вопрос и оставить римскому понтифику лично решить это дело, за которое сам он столько раз безуспешно брался, когда и каким образом тот захочет.
