Аннигиляция полностью

Бедный кварианец пытался быть вежливым. О да, если это синдром Кепраля, то все могут сделать сочувствующие физиономии и вернуться обратно ко сну с чувством облегчения и глубокого удовлетворения, которое возникает, когда ты уютно дремлешь в своей кровати, пока аварийная сирена шумит снаружи. Призывая кого-то другого. Кого-то, кто не имеет никакого отношения к тебе. Только у дреллов возникает синдром Кепраля. Они весьма сильный вид, но их лёгкие — их слабость. Дреллы эволюционировали на пустынной планете. Когда ханары совершили первый контакт, эти великие розовые медузы перевезли дреллов с истощённой Раханы на свой морской мир Кахье. Влажный воздух медленно убивал дреллов; это могло занимать десятки лет, но всё-таки убивал. Влага в воздухе постепенно отравляла их, пока они окончательно не прекращали дышать. Это назвали синдромом Кепраля. Родители Анакс умерли от него, когда ей было шесть лет. Зелёные пальцы, как голые ветки, скелетообразные, горячие от смерти. Кашель в темноте, как выстрел. Будь хорошей, Анакс. Будь хорошей девочкой. Но не оставайся здесь. Найди путь за пределы этого мира. Найди место без океанов. Их последние вдохи поднимаются, чтобы слиться с морским воздухом. Они стали их убийцей.

Нет. Разум Анакс получил ещё более сильную оплеуху. Последнее, что ей сейчас нужно, это унестись в воспоминания о печали крохотной шестилетней девочки и обо всём, что случилось после.

Многие дети потеряли родителей из-за синдрома Кепраля. Но все забронировавшие билеты на ковчег были протестированы и признаны здоровыми. На другом конце путешествия они хотели найти мир, который не будет медленно топить их. Это должно быть так. Они были так близко.

— Ты запустил самодиагностику? — рявкнула она на бестелесный голос систем «Кила Си'ях». — Ты сказал, следы едва заметны. Может быть, ты получаешь фантомные данные. Ошибка в коде.

— Да. Я оперирую на оптимальном уровне.

— Мы не заметили кристаллизованные следы разложения на стекле во время прошлого цикла? — спросил Сенна. — Такого рода вещи как раз в зоне ответственности Полуночников.

— Вы не могли заметить это. Отложения начались после предыдущего цикла Полуночников пятьдесят лет назад. Я разбудил вас, чтобы вы визуально проинспектировали капсулы. Вы последняя команда Полуночников, которая должна проснуться по расписанию перед Андромедой. Я не авторизован пробуждать следующую команду в списке, так как список исчерпан. Если имеет место простой случай неисправности сканирования или заражения капсул, вы можете починить их. Если дреллы действительно мертвы, вы должны рассчитать дальнейший курс действий. Я не авторизован принимать решения командного уровня. Но вы можете, коммандер.

Рот Йоррика — серия треугольных складок, глубоко врезавшихся в его серую плоть, — дёрнулся от беспокойства:

— С подозрением: Вы ожидаете, что я буду проводить медицинские обследования?

— Вы единственный член команды Полуночников с официальным медицинским образованием, специалист Йоррик.

— Со сдержанной скромностью: Я педиатр-аллерголог. Отоларинголог. — Анакс Терион и Сенна уставились на него. — Проще говоря, ухо-горло-нос. Я лечу простуду.

— Тем не менее. Вы необходимый персонал.

— Беспомощный смех: Я не прикасался к трупам со времён битвы при Вилууне. С возрастающей паникой: Вы можете накачать меня стимуляторами, эндорфинами или детскими конфетами, но это не сделает из меня дрелльского патологоанатома.

Сенна поднял трёхпалую руку:

— Давайте не будем забегать вперёд. Мы спустимся вниз на палубу гибернации, всё проверим и после примем решение. С той же вероятностью мы найдём всех мирно спящими, и тебе не придётся ничего делать.

— По моим расчётам, вероятность нулевой смертности меньше 1 %.

— Ты не помогаешь, — вздохнул Сенна и отключился от общего радио.