Аннигиляция полностью

Джалоск начал яростно чесать руки. Ногти не справлялись через чёрные кожаные рукава, поэтому он попытался сорвать их с себя. Для обычного батарианца это не представляло проблемы. Йоррик лично видел, как один из них голыми руками разорвал на куски автомат для квазара. Джалоск и вправду, должно быть, очень слаб, если просто сидит и неуклюже пытается разорвать ткань своего костюма, как маленький ребёнок. Стекло медотсека специально сделано толстым, частицы запаха не могли проникнуть через него. Но его ноздри всё равно шевелились, пытаясь учуять запах больного, запах ужасной жидкости, вырвавшейся из него.

— Ты вправе избавиться от него как пожелаешь, Анакс Терион, — мрачно прохрипела Нон. — Он совершил преступление против клана Раханы. Рахана-клан должен выбрать ему наказание.

— Как много у меня привилегий, — мягко ответила Анакс.

— Избавиться от меня? Что значит «избавиться»? Где я, чёрт подери? Мы уже прибыли? Почему так темно? — на лице предполагаемого Джалоска Дал'Вирры синели сизые отметины. Кожа на впадинах его черепных выступов уже начинала сходить. — Я требую, чтобы меня доставили к начальнику службы охраны «Нексуса», — сказал он.

По крайней мере, попытался сказать. Большую часть предложения поглотил припадок кашля, настолько сильного, что он чуть не потерял сознание. Ему хватило приличия прикрыть рот своими изжелта-зелёными руками. Этот небольшой печальный бесполезный жест почему-то тронул Йоррика. Сильно тронул. Зачем диверсанту, вознамерившемуся заразить бедных дреллов с «Кила Си'ях» смертоносным йоктаном, стараться не распространять свои микробы? Он повернулся к ханару, чтобы спросить, но Исс спокойно висел в воздухе рядом с ним, с интересом наблюдая за тем, что произойдёт дальше.

— Авторитетное замечание: Не думаю, что это он, — прогудел элкор.

— В смысле не он? — возразила Нон. — Зачем бы ещё этой жабе из клана Кхар'шана шнырять по кораблю? Почему он вообще не в стазисе? В шлюз эту дрянь, и дело с концом!

— Ты не знаешь, о чём говоришь, — ухмыльнулась Борбала. — Увидела батарианца, и вдруг всё само собой разрешилось, верно? Выкинуть его в шлюз — без суда, без допроса, лишь с коротким смешком и тостом шампанского за Вселенную, в которой всё так просто, что помещается в твой крохотный мозг. По нему видно, что он болен, деревенщина ты сраная!

Фильтр волуски издал знакомый всасывающе-сглатывающий звук.

— Вы с ним знакомы, — проскрипела она.

— О, так теперь мы все ещё и знаем друг друга, так, что ли? — прорычала Борбала. — Может, мы ещё и выглядим одинаково?

— Да, уж в этом я не сомневаюсь! — выкрикнула Ирит Нон. — Вы двое в этом замешаны, признайся! И хотели свалить всю вину на волусов!

— Ты и вправду назвала его имя, — спокойно сказала Анакс, наконец-то закинув винтовку на плечо. — Ты узнала его.

— Да, но я видела его только на «Гефесте». Дал'Вирра тот ещё мерзавец. Его семья всего поколение назад была рабами. Он иногда приторговывает оружием, всё время бегает от долгов и своей третьей жены, и двух своих отпрысков, а также предосудителен, груб, неприятен, старомоден и плохо переносит осколочное вино.

— Чтоб тебе сдохнуть в огне костра, разожжённого на всём, что тебе дорого, праматерь червей, — сухо сказал Дал'Вирра и опустил голову на ладони.

— Похоже, на тебя ему наплевать так же, как на остальных, — заметил Сенна'Нир.

— Мне к этому давно не привыкать и нескоро отвыкать. Но несмотря на…

— Ты предала наш народ, — прошипел Дал'Вирра.

— Но несмотря на то, что он не достоин убирать дерьмо даже за омега-самцом моей своры боевых псов, у него нет и половины мозгов, необходимых для того, чтобы провернуть нечто подобное. На станции я пила с ним три ночи подряд, прежде чем он понял, с кем разговаривает, и разразился этими своими очаровательными присказками.

Дал'Вирра яростно царапал шею; на его лице застыла гримаса боли. Но, похоже, на Борбалу у него всё ещё хватало сил.

— Неудивительно, что ты засунула свой пыжакский хвост между ног и трусливо убежала в Андромеду. Как рабыня.

Батарианская матрона вздохнула и склонила голову вправо, показывая, с каким презрением относится к Джалоску. Она фыркнула.

— Учитывая, что я единственная, кто за тебя заступается, безродный ты малодушный прыщ, я бы сказала, что ты недостаточно умён даже для того, чтобы мыться по утрам, не говоря уже о диверсии на крейсере Инициативы.

Дреллка сделала шаг навстречу батарианцу, которого Йоррик уже начал для себя считать пациентом. Элкор редко расстраивался, что не мог голосом передать ту панику, отчаяние и страх, которые он чувствовал по отношению к ним. Он не мог выкрикнуть приказ, как это делал Сенна. Как ему хотелось это сделать. Но сейчас был тот самый случай. Ему нужно было убедить их.

— Взволнованный крик: Не подходите к нему. Не прикасайтесь к нему. Не позволяйте его жидкостям контактировать с вашим телом. Особенно это касается тебя, Анакс Терион.