— Поддерживаю, — подал голос Самохин, — вся эта ресторанная еда порядком поднадоела. Возьмём тебе нормального повара. Да и кабинет мне нужен рабочий.
— Так кабинет же у тебя есть? — напомнил я ему о существующем офисе.
— Это не так работает, — он покачал головой, — там расположена служба безопасности. Практически гражданский объект. А кабинет нужен для общения с твоими сотрудниками, да и вообще — рядом с тобой. А то мне кажется, что я в этой гостиной поселился. Это не дело!
— Понятно, — я повернулся к Араслану: хотелось и его мнение услышать.
— Род Максютовых имеет много особняков. Их размеры позволяют и разместить прислугу с охраной, и принимать гостей на должном уровне. Не гоже князю ютиться в подобном домике, — голосом, полным достоинства, произнёс татарин.
— Да вспомни хотя бы Мариуполь! Михаил там не живёт, приезжает пару раз в год, но дом ухоженный, прислуга имеется, — поддакивал уверенный в своей правоте Пётр.
Отрезая очередной кусочек шарлотки, я призадумался. Мои люди, конечно, правы. Дом у меня не резиновый. А народу много. Да и гостей здесь принимать не очень удобно. Не общаться же мне с дворянами в гостиной? Про свой кабинет я вообще молчу. Он совсем не соответствует моему статусу. Просто каморка по сравнению с кабинетами глав нормальных семей и родов.
— Вы, конечно, правы, — согласился я, — тогда жду ваших предложений.
— Особняк Кутыевых выставлен на продажу, — сразу отреагировал Самохин, — уже месяц висит. Желающих нет, цена снижается, — он улыбнулся, — слухи о нём не лучшие ходят. Говорят, алтарь взломали, и он высосал всю энергию из членов рода и их вассалов. Боятся люди брать такой дом. Так что есть шанс урвать за хорошую цену!
— Нет, — я категорично помотал головой, — у меня не лучшие воспоминания об этом особняке.
Первый раз я там был, когда мне исполнилось пять лет. До сих пор помню то чувство страха, что охватило меня, когда я лицом к лицу встретился с врагами моей семьи — Кутыевыми. А потом алтарь отверг меня, причём весьма болезненно. Да и последующие посещения не прибавили мне любви как к членам рода Кутыевых, так и к их особняку.
— У меня детская психологическая травма, — признался я, поймав вопросительные взгляды своих соратников, — не хотелось бы мне туда переезжать!
— Ладно, — Пётр печально вздохнул, всем своим видом показывая, что вариант был очень хорош, но если глава не велит, то он подчинится, — главное, даёшь добро? Начинаем поиск дома?
— Даю!
— И насчёт Михаила Алёхина, — продолжил Пётр, — прошу, не держи на него зла. Он заплатил обещанные деньги и ещё добавил десять миллионов рублей.
— Верни! — резко ответил я, начиная раздражаться. — Мы с ним обсуждали эту тему, я тебе рассказывал. Мне не нужны подачки!
— Подожди, глава, — Пётр успокаивающе поднял руки, — это не подачка. Просто благодарность и извинение. Ни к чему не обязывает.
— Не знаю, — я посмотрел на Самохина и Араслана. Оба явно поддерживают Петра, — будь по-твоему, оставь. Если это от чистого сердца, почему бы не принять?
— Ещё нужно заняться вплотную гардеробом. Я поеду с тобой в Киев, там отличные ателье. Ты должен соответствовать своему статусу, иначе так и будут возникать проблемы, как с Михаилом, — продолжил Пётр. Сам он сидел за столом, одетый с иголочки. Дорогой костюм, светлая, идеально выглаженная рубашка. Я же сидел по-простому — джинсы и худи. Могу себе позволить. Вроде.
— Поясни, — попросил я, хотя понимал, что Пётр прав. Всё-таки, встречают по одёжке.
— В Империи много дворян, находящихся на грани разорения, ну, или просто не очень богатых. Пусть и знатных. Вот, как я, например, — он недовольно поджал губы и продолжил:
— Ты приехал к Михаилу без прислуги, с одной сумкой. К ужину не переоделся в костюм. Всё делаешь сам. Не носишь дорогих украшений, у тебя простой телефон, на руке нет часов. Это всё, в первую очередь, говорит, о плачевном финансовом состоянии рода. Так что Михаил по-своему был прав, предложив тебе деньги.
— Ты его оправдываешь? Потому что он твой друг? — Я внимательно посмотрел на Петра, но он не смутился.
— Это тоже, мы давно с ним знакомы, но личные отношения в данном случае не имеют значения. Ты — глава рода и князь. Соответствуй этому статусу. Особенно на людях. Тем более, средства имеются.
— Хм… — не выдержал Александр, — спасибо, Пётр! Я как-то не решался заговорить на эту тему, да и сформулировать мне тяжело, но Виталий! Прислушайся к своей правой руке! Ты не бедный родственник. Ты — глава рода и князь.
— Хорошо! — Меня удивил их напор. — Я уже думал над этим. Просто времени на всё не хватает. Ищите нормальный особняк, прислугу и всё прочее.
— Для этого мы вам и нужны, — довольно улыбнулся Пётр Корсаков, — будет исполнено, глава!
