Лететь к первой цели оказалось недолго, рядом был город. На фоне построек мы эту бочку сразу заметили. Она была тёмно-синего цвета, как и та, что была у нас первой. Включив маскировку, мы облетели близлежащую территорию, люди были собраны на пустыре под наблюдением нескольких бандитов. Развернувшись, Саша заметил: «Нужно разбить только кабину, не повредив грузовой отсек, может туда уже загнали часть похищенных людей». Я ему ответил: «Вряд ли, они грузят людей перед самым вылетом, чтобы те не гадили лишний раз в их корабле. Подлетев к бочке, Саша обычными двумя ракетами, как и прошлый раз, разнёс кабину пилотов, из грузового отсека еле вышли, шатаясь и падая три бандита. Саша им добавил из пушки, их остатки разбросало в разные стороны. На взрывы и выстрелы, сбежались ещё четверо ящеров, мы, не теряя времени их, методически расстреляли и тут же взяли курс в соответствии с координатами высадки двух следующих бочек другого корабля. В надежде на то, что с остальными бандитами разберутся местные жители. Нам надо успеть пока людей не загнали вовнутрь, а то по кабине придётся стрелять очень осторожно.
Лететь пришлось порядком, добравшись в заданный квадрат, мы поднялись выше, чтобы обзор территории был больше. Справа постепенно сходились дороги. «Наверное, там посёлок», – выговорил, вглядываясь, Саша. Повернув и пролетев немного, мы увидели город. Он был чуть больше предыдущего. Включив маскировку, двигаясь дальше, мы обратили внимание на большой площади, была масса сгруппированных на небольшом пространстве пленных людей. На окраине этой же площади стояла знакомая нам синяя бочка. Приближаясь к ней, я также как Саша поступил с кабиной их летательного аппарата, обломки тут же разлетелись в разные стороны. С грузового отсека никто не вышел. Саша, предполагая, сказал: «Ты их, наверное, там приговорил». Сам же во время этого разговора прикончил ещё несколько ящеров, грабивших дома, убивая непокорных и еле тащившихся по дороге с мешками награбленного добра.
Мы, набирая нужную высоту, отправились искать последнюю бочку, она находилась недалеко, рядом было большое поселение. Как обычно люди были принудительно согнаны на площади, но она тут по размерам была маленькая. А сама бочка находилась за два квартала, посредине большого перекрёстка. Я, активировав маскировку, завис недалеко от перекрёстка, над улицей, которая вела на площадь. Саша, у самой бочки, низко почти над ней, выпустив две ракеты, по кабине их аппарата, разбил её вдребезги. Из грузового отсека выбежал ящер, держа в руках, что-то похожее на гранатомёт, он неожиданно быстро прицелился по перехватчику Александра и выстрелил, разрыв снаряда пришелся сзади аппарата по двигателю. Перехватчик наклонился и начал падать. Включив ускорители, Саша поднялся вверх, чтобы хоть как-то осмыслить своё положение. Перехватчик со всех сторон мгновенно охватило огнём, всё сильнее разгораясь, постепенно стал терять высоту. Быстро проваливаясь, перестал слушаться штурвала, резко теряя высоту и управление, дав небольшой крен, вошел в крутой штопор.
В этот момент Саша катапультировался, катапульта отбросила его далеко вверх и в сторону от его перехватчика. Охваченный огнём дико вращаясь с душераздирающим воем, перехватчик падал вниз. Перед самой поверхностью прозвучал сильнейший взрыв с яркой вспышкой, разбрасывая ударной волной всё находящееся в округе. Наш летательный аппарат разнесло на мелкие части. Наверное, сдетонировало его топливо со всеми имеющимися на бору боеприпасами, подумал я. Выстрелившего из гранатомёта ублюдка по Сашиному перехватчику я, не задумываясь, расстрелял из пушки. Он стоял и наслаждался взрывом и падающими осколками от истребителя. Я заметил, что к месту будущего приземления парашютиста бежало около десяти штук ящеров. Именно штуки по-другому я к этим тварям относиться не мог. Убедившись, что меня они не видят я, стартуя, резко ушел на вираж. Оказавшись на встречном курсе к приближающимся ко мне бандитам, не мешкая ни секунды, я прямо в лоб бегущим открыл шквальный огонь обычными ракетами. Добавив ещё туда же в заключение несколько раз с импульсной пушки. Никаких трупов я не увидел, вся дорога была перерыта на глубину до двух метров. Всё направление было усеяно дымящимися барханами земли и камня.
