Выслушав Александра, наш союзник, произнёс: «Мы с планеты «Саяна», это четвёртая планета звезды «Аосан», Находится она не так далеко, где-то двенадцать угловых минут, это чуть меньше чем четверть вашего светового гола». Он продолжал: «Я слышал, как вы давали характеристику вашей солнечной системе командиру одного подразделения этой планеты. Меня зовут «Илаин-Ариан», я командир этого малого корабля. Наш корабль предназначен и осуществляет геологические разведки ископаемых в недрах необитаемых планет». Я, выслушав его, предложил: «Нам о многом необходимо переговорить. Давайте сядем на аэродром этой планеты, мы объясним местному командиру, что вы наш союзник, что мы вместе разбили коварного врага». Он, особо не задумываясь, быстро согласился. «В таком случаи идите на посадку вслед за нашим челноком, чтобы вы долго не искали этот аэродром», – добавил я.
Связавшись с местным командиром, я объяснил ему всё происходящее, предупредив его, чтобы они не стреляли, что кроме нашего челнока на посадку пойдёт дискообразный судно наших союзников. Посадив корабль рядом с нашим челноком, мы встретились на бетонной площадке аэродрома. С корабля их вышло трое. Терпеливо ожидая их, мы всматривались в их облик. Геннадий на всякий случай остался в челноке. Размеренным шагом они двигались к нам. Это были люди невысокого роста, коренастые с остро выраженным подбородком и немного увеличенной черепной коробкой. Ксения, окинув их взглядом, оценила: «А вообще-то они так ничего, смотрятся». Немного пообщавшись с нами, вернее сказать, внимательно рассмотрев нас, они предложили, пройти с ними в их корабль. Мы без раздумий согласились. Внутри корабля, мы обратили внимание, что всё было изготовлено из полумягкого материала, ни одного острого угла или выступа, даже пульт управления, кроме приборов и мониторов тоже был мягким. Ксения не выдержав, обратилась к нему, называя его по имени, но с первого раза сбиваясь в произношении, спросила его: «А для чего служит вся эта обивка внутри корабля?» Он, улыбаясь, промолвил: «В дальнейшем называйте меня просто «Илаин», а корабль у нас безопасный, в мягком исполнении согласно нашей инструкции по охране труда в космосе. Мы геологоразведчики, наш корабль приспособлен для бурения путём аннигиляции вещества. Это старое слово «бурить» никак не уйдёт с нашего лексикона, мы уже давно не бурим, а прорезаем породу с большой скоростью аннигиляторами, а слово это в лексиконе ещё осталось. При прорезании грунта из недр планеты, наш корабль иногда получает опасный гидравлической или пневматический удар. А иногда бывает, нас атакует горячая магма планеты, корабль это всё превосходно выдерживает, он построен с учётом этого воздействия. А для того, чтобы у нашего экипажа не было разного рода механических травм, всё это и предназначено». Присаживаясь в кресло, мы сразу приятно ощутили, что они тоже были на пневмоподушках.
Тем временем Илаин продолжал рассказывать: «Пробурив вертикальное отверстие, опускаем зонд с датчиком, просматриваем пласт за пластом, грунт прорезаем мы глубоко до нескольких десятков километров. Если находим что-то интересующее нас, сообщаем на нашу базу, оставляем маячок на месте бурения и летим дальше на поиск новых полезных ископаемых на других планетах. Получив от нас сигнал, на эту планету прибывает целая группа свободных разработчиков, ищем мы уран, минералы, расплавленные цветные металлы и многое другое, чего нет в недрах нашей планеты». Рассказывая всё это, он полюбопытствовал: «А вы чем занимаетесь в космосе?» «Мы как бы спасатели обитателей планет, входящих в состав нашего большого содружества цивилизаций, – ответил я. – Спасаем мы их от непрошеных гостей, комет, астероидов, а бывают ещё острые события, такие как сегодня». Я им подробно рассказал за наши экспедиции, за межпланетный совет и за нашу планету. Они внимательно слушали, задавали много вопросов, особенно их, заинтересовал наш межпланетарный совет.
