Он смотрел не на Кена, а на меня, но сказать мне пока было нечего. Пьер не стал повторять свой вопрос: он видел, что я думаю, и просто терпеливо ждал. Да уж, давно прошло то время, когда я считал Пьера самодовольным и невыносимым парнем.
Молли между тем насела на Кена:
– Куда вы ходили?
– Мм? Что?
Похоже, колесики в его мозгу тоже крутились вовсю.
– Я спросила: где вы были? Ты ответил: решили осмотреться.
– А, ну да, так и есть.
– Серьезно?
Кен глянул на меня. Я кивнул.
– Ладно, – вздохнул он. – Перед тем как… случилось то, что случилось, мы с Ноланом кое-кого заметили.
– В смысле?
– Это было какое-то существо.
– Существо? Здесь?
– Да.
– Что за существо?
– Не знаю, я его толком не рассмотрел. Нолан, думаю, тоже.
Я мотнул головой:
– Ну да, что-то крупное, с клыками. Почуяло нас и исчезло.
Глаза Молли расширились от ужаса.
– Как это – исчезло?
– Ну, не то чтобы растворилось в воздухе, просто скрылось в темноте. Вот мы и пошли его искать. А когда ты закричала, мы решили, что оно проскользнуло незамеченным мимо нас и вернулось.
– И… и что это за фигня?
– Мы не знаем, Молл, – признался Кен.
– Но пролезло-то оно сюда как?
– Ему и не потребовалось никуда пролезать, – сказал я.
– Это еще что значит?
– Сегодня утром…
Как же давно это было. Тогда Джемма еще дышала и разговаривала. А теперь на полу лежит то, что от нее осталось.
– Сегодня утром меня укусил комар, помните?
– И что с того?
– А Пьер ночью видел жука. Можно предположить, что в этом месте существует своя маленькая экосистема, и насекомые – ее часть. Допустим, но тогда почему они попались нам на глаза лишь через несколько часов нашего пребывания здесь? Ладно, идем дальше. Утром… Джемма сказала, что ее ноги коснулся какой-то зверь – маленький, размером с кошку или мелкую собаку, так? А когда я сидел у камня, разговаривая с Фезер, ко мне кто-то подошел, и был он намного крупнее, чем описывала Джемма, это точно. Но все же не настолько крупным, как та зверюга, которую мы только что видели с Кеном.
– Значит, Джемма ошиблась, – сказал Пьер. – Ведь было темно. И ей уже тогда нездоровилось.
– Верно. Или же… мы говорим о трех разных существах.
– Нолан, я не понимаю.
– Пойдемте со мной, все. С этого момента разлучаемся только в случае крайней необходимости, согласны?
Пьер с Молли пробормотали что-то утвердительное. Я взял фонарь и направился к проему в левой части зала.
Мы с Кеном остановились в футе от края бассейна, того самого, где мы втроем – включая девушку, которая уже умерла, – преспокойно купались еще каких-то двадцать четыре часа назад. Я поднял фонарик повыше, чтобы Молли и Пьеру, выглядывавшим из-за наших спин, было хорошо видно.
Поверхность бассейна покрывал сплошной слой из зеленых и черных водорослей.
В помещении заметно потеплело, над водой стелилась дымка, а в воздухе отчетливо ощущался запах гниения.
Кен понимающе закивал:
– Это из-за них, да?
– Похоже на то, – пробормотал я.
– Да бога ради! – взорвалась Молли. – Вы можете объяснить по-человечески?
– Сферы, – сказал я. – Те, что стояли на кубах, а потом скатились в воду.
– И?..
– Помнишь самую большую? Матовую, темно-серого цвета? Думаю, это углерод. Материал еще одной напоминал медь, другой – железо. Надо полагать, были там и сферы с калием, магнием, кальцием. Самые маленькие – с какими-то редкими элементами.
– А кислород с водородом откуда взялись? – спросил Кен. – Без них ведь никуда.
– Из воды. Плюс еще водоросли выделяют углекислый газ.
– Азот?
– Из воздуха. К тому же он мог содержаться в сжатом виде в одном из шаров.
– А натрий с хлором?
– Просто сфера из соли. Бром и прочие могут входить в состав разных сфер в виде соединений.
– Вы всю периодическую таблицу собираетесь перечислять? – осведомился Пьер.
– Нет, – ответил я. – Только двадцать восемь элементов.
– Почему именно их? – спросила Молли.
– Потому что именно они необходимы для того, чтобы создать жизнь.
Мы зачарованно смотрели на воду.
– Но… как? – прервала наше молчание Молли.
– А вот это – слабое место моей теории. Где же провода, компьютеры, лаборатория, да? Допустим, спрятаны где-то внутри скалы, но тогда остается вопрос: как все это работает? Тому, кто придумал такое, было явно известно больше нашего. Как знать, может, дело в самой скале. Или же само это место – просто один гигантский компьютер.
– Построенный в незапамятные времена? Но… почему он включился именно сейчас?
– Мы плавали в бассейне, клетки кожи попали в воду, и, видимо, это запустило какую-то реакцию.
– Или клетки крови, – предположила Молли. – Помнишь, на поверхности того камня, со знаками, было пятно крови?
– О господи, ну конечно. – До меня наконец дошло. – Джемма. Она ведь руку поцарапала.
– Думаешь, все началось из-за того, что в воду попала ее кровь? Ее ДНК?
– Не исключено. – К нам присоединился Кен. – Или тот камень со значками – что-то вроде консоли. И между прочим, стоит-то он ровно посредине. Может, это что-то значит?
