Аномальная зона полностью

Пятилетний юбилей службы МЧС в Желтогорске праздновали с большой помпой. Для торжеств был снят городской театр, на юбилейном собрании присутствовала масса гостей, в том числе и из столицы. Были зачитаны приветственные телеграммы от министра, произнесены многочисленные речи и слова напутствия от местного начальства, а в самом конце состоялось чествование лучших сотрудников и вручение наград отличившимся – почетных грамот и денежных премий в белоснежных конвертах. Видимо, отличившихся было очень много, поэтому суммы не слишком поражали воображение. Когда торжественная часть закончилась, спасатели вышли в фойе покурить и обсудить щедрость руководства. Держались по привычке группами. Возле окна беседовали четверо мужчин, знакомых между собой много лет и понимающих друг друга с полуслова.

– Сегодня Косицин явно в ударе, – желчно заметил Грачев, высокий, жилистый, с большим носом. – Подумать только – всей группе по триста рублей отвалить! Как говорится, хорошая прибавка к пенсии!

– Мне не дорог твой подарок – дорога твоя любовь, – хладнокровно отозвался плотный, уверенный в движениях Величко. – Некоторые ребята вообще, кроме грамот, ничего не получили. А Косицина тоже можно понять – у него бюджет.

– И все равно на тысячу хотя бы могли расщедриться, – заметил Грачев. – Юбилей небось не каждый день празднуем.

– А я лично недостающее на банкете доберу! – захохотал Ашот Мачколян, огромный, добродушного вида весельчак, который, кажется, был не способен огорчаться ни при каких обстоятельствах. – Вот где бюджет! Говорят, на угощение сегодня не поскупились.

– Еще бы, замминистра в гостях! – сказал Грачев. – Но дело ведь не в этом, а в том, что подумает жена, когда ты ей принесешь премию размером в триста рублей. Моя, например, решит, что по крайней мере половину я заначил.

– Вот она, неприглядная изнанка семейного счастья! – иронически усмехаясь, заметил Величко. – Хорошо, что мы с Максом не женаты и можем распоряжаться любыми суммами по своему усмотрению. Что ты, Макс, сделаешь со своей премией?

Андрей Максимов, называемый в кругу друзей Максом, широкоплечий красавец с густой шевелюрой, неодобрительно покачал головой.

– Сашка опять передергивает, – сказал он с легким недовольством. – Все отлично знают, что я ничего не имею против семейного счастья. Просто мне фатально не везет в этом плане. А Грачу и Ашоту я от всей души завидую.

– А ты не завидуй, дорогой! – назидательно сказал Мачколян. – Ты просто женись, и все.

– Он уже пять раз женился, – напомнил Грачев. – И всегда брал меня в свидетели. В ЗАГСе на меня уже смотрят как на соучастника.

– И все-таки, что каждый из вас думает делать с премией? – опять повторил Величко, расширив рамки своего опроса.

– Лично я куплю за две сотни красивую рамку и помещу в нее оставшуюся сторублевку, – сказал Грачев. – Пусть висит на стене. А то жена все время говорит, что меня не ценят на работе.

– А у меня как раз кончились деньги на мобильнике, – сообщил Макс. – Так что для меня премия очень кстати. Буду звонить девушкам. И нечего идиотски ухмыляться! Вы знаете какой-то другой путь к семейному счастью?

– Может быть, тебе стоит попробовать позвонить одной девушке? – с невинным видом спросил Грачев. – Чтобы это действительно был путь, а не распутье.

– Разумеется, девушка будет одна, – солидно сказал Макс. – Это просто такой оборот речи, и ты, Грач, это отлично понимаешь! Нечего делать из меня сексуального маньяка!

– Ага, знаменательная оговорка, между прочим, – зловеще сказал Грачев. – Именно маньяк!

– Да бросьте вы! Оставьте Макса в покое! Мы говорим о премии. Я, например, просто отдам ее своим женщинам, – засмеялся Ашот, у которого было две дочки. – Они лучше меня знают, куда тратить деньги.

– Женщины знают, как тратить большие деньги, – назидательно заметил Величко. – Эти гроши их не заинтересуют. Поэтому я предлагаю вот что...

Какое применение нашел премиальным деньгам Величко, узнать не удалось. По фойе вдруг прошло что-то вроде тревожного ветерка. Отдельные компании спасателей и приглашенных гостей, мирно беседующих между собою, одна за другой разворачивались навстречу движущейся через обширное помещение группе людей в выходных пиджаках и белоснежных рубашках. Их было человек шесть, но все взгляды были обращены на тех двоих, что шли впереди, – на осанистого улыбчивого заместителя министра и на невысокого, ничем не примечательного человека в сером костюме, который даже сейчас сидел на нем не по-праздничному мешковато. Это был начальник Управления МЧС Желтогорска Михаил Илларионович Косицин. Он двигался прямиком в сторону группы Грачева, и лицо его при этом казалось необыкновенно озабоченным. Это было тем более странно, что еще совсем недавно, сидя в президиуме бок о бок с замминистра, Михаил Илларионович был абсолютно спокоен.

Все четверо сразу обратили внимание на эту странность, но объяснили ее каждый по-своему.