– А ты думала! Гуна… гумо… Гудамоиды – они же ууумные! А ты как? Скучала?
В сарае у Данилы тоже все было чисто и аккуратно, как в трактире. Сразу видно – хороший хозяин.
Растерянный ковбой разбросал вилами сено, извлек на свет Божий лазерную установку.
– Откуда прибор? – поинтересовался Рогов.
– Лазер-то? У приятеля в Ледовом дворце одолжили. Там им на концертах всякие штуки делают.
– Так я и думал… А круги с жидкостью?
– Траву бензином полили и зажгли, – вздохнул Данила. – Тоже несложно. А жидкость – не знаю. Сын какой-то гадости намешал.
На этих словах Данила нахмурился. Он страдал аллергией на резкие запахи, а сын с гадостью явно перестарался. Так что работа с жидкостью оказалась самой сложной частью хорошо продуманной операции.
– Ну и на фига все это? – Рогов сел на ящик и приготовился слушать.
Данила, уяснив, что представитель власти не особо на него злится, возбужденно заговорил:
– А затем, что наши деревенские только пьют и ни черта не делают! И так уже лет десять, не меньше! Вымирает Марс. Даже тем, что имеют, не пользуются. Родник наш видели?
– Где ноги моют? – уточнил Василий.
– Именно что ноги… Хорошая, конечно, часть тела, но… Вода-то по составу не хуже «Нарзана»! Специалисты анализ делали.
– Ага! – воскликнул Рогов. Он уже чувствовал себя немножко марсианцем, и сообщение об уникальном качестве воды его обрадовало.
– Из-за воды и началось, – рассказывал Данила. – Приехали зимой молодые ребята. Бизнесмены из Новгорода. Предложили нашим участки продать. За хорошие деньги. Все равно ведь не сеют. Те ни в какую. Ребята их и так и этак. Дома в соседних деревнях предлагали, квартиры в райцентре. Нет. «Ни пяди родной земли…»
– А зачем им участки? – не сообразил Василий. – Этим, из Новгорода.
– Хотели заводик открыть. Минералку делать. Серьезные парни. У них даже иностранцы в компаньонах. А в будущем санаторий собирались строить. Толковая молодежь.
В словах Данилы слышалась настоящая горечь. Ковбой вообще казался Василию все симпатичнее и симпатичнее.
– Так деревенским-то объяснили? Про воду, про заводик?
– Что вы?! – замахал руками ковбой. – Тогда б вовсе… Бизнесмены ко мне поесть заехали. Разговорились. Я им и посоветовал вариант.
– С пришельцами? Долго думали?
– Да прямо в трактире за столом и придумал. Сразу! Честное слово…
– Мозги у вас варят. И что – эти, из Новгорода, сразу и согласились? Идея-то такая… неочевидная.
– А вы сами прикиньте – как по-другому?! – горячился Данила. – Они ж не бандиты. Те бы быстро решили. И дешево.
– Конгениально! – Рогов встал, хлопнул себя по коленям. – Только ваш-то в чем интерес?!
Тут Данила замялся. Ответил не сразу:
– Хотел молодежи помочь…
– И все?! – прищурился Рогов.
– И все…
– Не верю!
Данила вздохнул:
– Ну, правильно не верите. Они мне пай предложили… Процент… Даже договор составили…
– Другое дело.
– Теперь-то уж чего, хана гуманоидам, – вновь вздохнул Данила. – Улетели. Эх, если б не вы…
– Ну, извините. – Василий развел руками.
– Да, я понимаю… Только ведь все так и останется… Обидно…
– Если бы не мы, – напомнил Рогов, – что бы сейчас было с лесником Паниным? Отгадайте с трех раз.
Данила густо покраснел:
– Да, конечно. Это я предвидеть не мог. Вы правы..
Первым на зарядившийся мобильник позвонил Жора Любимов:
– Слышь, Вась, забыл повеселить. Этот-то твой художник, Серебряков…
– Ну?
– Актуалистом оказался!
– Да что ты! – возмутился Рогов. – А ведь отпирался, поганец!
– Известен как Вовка Серый. Прославился тем, что по городу ходит и бомжам стакан водки предлагает налить. Они соглашаются – а он им спирт вместо водки. Бомжи чихают, а он на видео их – раз! А видео фонду Сороса продает за доллары. Один бомж аж кони чуть не кинул.
– Надо же, козел какой, – удивился Рогов. – А все за духовность задвигал…
– Так я чего думаю, – продолжал Любимов. – У нас, помнишь, глухарь – убийство бомжа во дворах Капеллы. Может, на художника твоего повесим?
У Жоры всегда так – не поймешь: то ли шутит, а то ли всерьез.
Петро аж на постамент от гордости залез. Вместо Маркса.
Сельчане не возражали.
Петро несомненно был героем дня. Нечасто возвращается домой человек, абдуктнутый инопланетянами.
– Хоть как они выглядят? А? Выглядят как они, черти полосатые? – кричала маленькая женщина, которую наблюдавшие за чествованием героя Семен и Василий раньше не видели.
Женщина – не в пример иным дамам, зато в пример господам – была изрядно пьяна.
– Да как, как… Выглядят по самое не могу! – докладывал Петро. – Мелкие такие, зеленые, с большими ушами. Как у козы. И одним зубом.
– Одним зубом? – в ужасе переспросила маленькая женщина.
– Одним… Точно помню… Один такой, но огромный, мать-перемать!
– Ой! – выдохнула толпа.
– По какому же вы говорили? – решила уточнить Татьяна, которой какое-то шестое или седьмое чувство мешало до конца поверить, что муж ночевал у инопланетян.
– По-нашенски… – бодро врал Петро. – Они знашь, как чешут? Похлеще тебя!
– Про художника-то спрашивал? – беспокоилась Марфа.
– А то! – солидно басил Петро. – Спрашивал. Дважды!
– И что?
– Молчат.
– Убивцы! – покачал головой Захар, отхлебывая из горла. – Они там наливают хоть?
