- Всё понял, - поднимаясь на ноги, заверил Пашка. - Оставайся, Жека, здесь. Помоги нашему Профессору разобраться с лодкой. А я - в лагерь. Будем, что называется, посмотреть...
Подопригора сидел на земле, метрах в пятнадцати от палаток, привалившись спиной к высокому гранитному валуну. Чуть в стороне печально дотлевал-дымился костерок. Лицо Сергея было мёртвенно-бледным, глаза крепко зажмурены, ноги разведены в стороны, руки свисали по бокам безвольными плетьми, из уголка слегка приоткрытого рта медленно вытекала вязкая слюна, а шрам на лице, действительно, отливал медной краснотой.
Рядом с неподвижным телом начальника метеостанции, бестолково суетясь, причитала Валентина:
- Ну, Сергей, перестань! Что с тобой? Открывай глаза! Давай, я тебе слюну оботру и по щекам похлопаю? Так лучше? Может, на тебя водичкой попрыскать? А?
- Отойди-ка, Валюша, в сторону, - попросил Назаров и, выждав несколько секунд, рявкнул: - Рота, подъём! Оправляться, умываться, строиться! Готовиться к намеченному марш-броску по пересечённой местности! Майор Подопригора, вам что, требуется отдельная команда? Погоны плечи жмут? Встать немедленно, сукин сын!
Подействовало. Сергей с трудом приоткрыл отёкшие веки, вымученно улыбнулся и, запинаясь, спросил:
- Откуда, Рыжий, ты узнал, что.... Ну, что я из армии уволился...э-э-э, в майорском звании?
- Догадался. По характерным повадкам. И, понятное дело, учитывая твой возраст.
- Логично.... А армейские команды и выражения? Где набрался? Ведь, говорил, что в российской армии не служил.... Наврал?
- Ничуть ни бывало. Не служил, - усмехнулся Пашка. - Просто много фильмов посмотрел. В том числе, и про российскую армию. "ДМБ", например, другие аналогичные. А ещё вволю начитался книжек, вышедших из-под бойкого пера Сан Саныча Бушкова.... Давай, майор в отставке, рассказывай, что тут у вас происходит. Где Наташка и Лизавета?
- Лес рубят.
- Чтобы построить надёжный плот и на нём плыть на наши поиски?
- Так точно.
- Это Птичка придумала?
- Она самая.
- А с тобой, отважный провожатый аномальщиков, что случилось?
- Не знаю, Рыжий, - устало прикрыл веки Подопригора. - Вдруг, понимаешь, поплохело. Ни с того, и ни с сего.... Общая слабость. Руки и ноги сперва стали ватными. А потом, наоборот, потяжелели - словно бы налились свинцом. Озноб бьёт. Сердце выпрыгивает из груди. Голова кружится. Виски ломит. Ну, и так далее. Знакомые, в общем, симптомы. Уже приходилось сталкиваться.
- Симптомы - какой болезни?
- Тропической болотной лихорадки.
- Вот же, блин горелый! - возмутился Назаров. - И чего этим грёбаным тропикам понадобилось от нас? Сперва тропические глухие кайманы изгрызли всю надувную лодку. Теперь, вот, тропическая лихорадка прицепилась...
Затрещало, и из ракитового кустарника выбрались Лизавета и Натка, тащившие на плечах длинное сосновое брёвнышко.
Заметив вернувшихся товарищей, Птичка скомандовала:
- Стой, раз-два. Аккуратно, без суеты и спешки кладём жердь на камушки. Молодец, Лизка, - а освободившись от поклажи, тут же бросилась вперёд, восторженно вопя на всю округу: - Павлик! Ура! Нашёлся! Ура!
Подбежала, подпрыгнула, крепко обняла Назарова, оплетя его ноги своими, и звонко чмокнула в небритую щёку. Впрочем, уже через пару секунд она одумалась, спрыгнула на землю, отошла на пару метров назад и, смущённо отводя глаза в сторону, пробормотала:
- Это в том смысле, соратники, что я очень рада вашему возвращению. Ну, и всё такое прочее.... Рассказывай, Рыжий, где вас черти носили. Мы уже не знали, что и подумать...
Но поговорить не удалось.
- Что с тобой? - уставившись круглыми от ужаса глазами на начальника метеостанции, запаниковала Лизавета. - Серёжа, Серёженька! Очнись! Как же так? Почему? Когда мы уходили, у него была только слабость и головокружение. А сейчас? Жар, капельки пота выступили на лбу, глаз не открывает. Похоже, что потерял сознание.... Ой, щека - вместе со шрамом - дёргается! Назаров, морда наглая, твоих ревнивых рук дело? Признавайся.... Валька, беги в палатку! Принеси белую сумку с тёмно-синей горизонтальной полосой, у меня там аптечка. Живо! Серёженька...
- Алёна? - приоткрыл мутные глаза Подопригора. - Это ты? Вернулась? Как же я рад...
- Нет, это я, Лиза.
- Лиза? А у тебя есть старшая сестра по имени - "Алёна"?
- Нет. Я уже говорила.... Ты, Серёжа, главное, не волнуйся. Сейчас всё сделаю. У меня папа и мама - доктора. Я у них многому научилась. Обязательно поправишься...
С одной стороны к затухающему костру подошла Валентина с бело-синей сумкой на плече, а с другой - Профессор и Женька, тащивший рюкзак со скаченной резиновой лодкой.
- Очень кстати! - обрадовалась Лизавета. - Мне понадобится ваша помощь. Валентина, давай сумку. Палыч, вы что-нибудь смыслите в медицине?
- Конечно, раз побывал более чем в трёх десятках серьёзных экспедиций и вернулся оттуда живым.
