Каллисто стали подносить прямиком к раскрытым челюстям и, поняв, что ее сейчас съедят, - она отчаянно, словно очнувшись от покорности перед неминуемой участью, стала дергаться и обжигать биотикой сдерживающие ее усы. Она добилась лишь того, что ее еще раз встряхнули, а после - обвили теснее тело, начиная душить, словно растягивая мучения. Когда Каллисто оказалась вплотную к разомкнутым клешням, она в каком-то последнем рывке вырвала руки и приложила ладони к голове Калрос, у основания чувствительных усиков.
Ее глаза вновь заполнились тьмой, а сама Каллисто предприняла самую безумную и отчаянную попытку, которая могла только прийти в голову разумному существу - слить свой разум с разумом Калрос.
В голове у Каллисто тут же все взревело, словно в ее слуховые каналы ударил ультразвуковой сигнал, заставив ее несколько взвыть, но, несмотря на яркие мучения - она через силу влезала мысленно в голову этому древнему существу.
Шла незримая борьба двух разумов, где Калрос пыталась отчаянно блокировать сознание, но при этом - не пыталась как-либо причинить вред физически, концентрируя все силы ментально. Борьба была отчаянной, жесткой, из которой, в конце напряжённой схватки, Каллисто вслух и мысленно вскрикнула:
- Заткнись и слушайся меня!!
Калрос издала громкий рев, однако, покорно разлеглась на песке, отпустив азари. Мысленный контроль, который приносил адские мучения. Такими темпами - в ее мозг могла ударить кровь, медленно убив, от изнурения. Однако, в мысленном потоке послышался голос самой Калрос:
«- Я хранительница этих пустынь…никто не смел бросить мне вызов, вот уже как десятки тысяч лет… Ты, подобно той, что была до тебя…»
«- До меня?»
«- Измученное дитя, которое я пощадила… Она, также как и ты - престала здесь, ища смерти..»
Каллисто было больно, каждое слово Калрос отзывалось огромным психологическим мучением и давлением, но, из последних сил - Каллисто приказала:
«- Покажи мне…»
В ее глазах зарябил водоворот расплывчатых воспоминаний.
***
Калрос была бесконечно Древним и могучим существом, что гордо несла свое звание – «Гроза Пустынь». Она опустошала города, сжирала караваны и тех глупцов, что бросали ей вызов. Она была настолько великой, что победила одного из тех, перед кем трепетали все народы Галактики.
Всех тех, кто ступал на ее территорию - она безжалостно истребляла, и мало кто проходил ее пределы, оставшись в живых.
Но однажды, с востока, пришла тщедушная сошка. Тонкая голубая тростинка, по сравнению с бронированными ящерами, что приходили чаще. Из любопытства о том, что тут делает эта маленькая букашка - Калрос наблюдала.
Тростинка шла, не спала и не сбавляла шага. Шла все дальше, после чего - она безвольно не повалилась на песок, утомленная зноем, голодом… Калрос чувствовала, что маленькое сердце все еще билось внутри ее груди. От часа к часу - ее биенье замедлялось, но тщедушная голубая соломка была жива.
Когда же нагрянула песчаная буря, укрывшая ее слоем песков - соломка и тогда не умерла. Она была все еще жива. Долго и любопытно Калрос наблюдала за маленькой сошкой, после чего - подобно честной царице своей пустыни - она отдала должное этой маленькой сошке.
Когда буря стихла, Калрос зашевелилась и вместе с этим - пески и земля зашлась ходуном. Ее голос, звучащий из глубины золотистых песков, приказал сошке:
«- Живи.»
Впервые, за несколько дней, что маленькая, слабая сошка лежала на песке - она усилием воли зашевелилась, а после, сипло и как-то скорбно прошептала:
- Я не хочу жить… - глаза Офелии стали мутными, пустыми и поблекшими. -…мои глаза… Я…я ослепла? Богиня, дай мне умереть…
«- Ты слишком сильная, чтобы умереть сейчас…» - послышался голос внутри ее создания.
- Я ослепла, сломлена и нахожусь среди пустыни… Зачем и ради чего мне жить?… Я не хочу жить…
«- Живи, потому что можешь жить…»
- Отстань от меня…если не хочешь убить… Прошу, убей меня… Я и так достаточно измучилась…
«- Глупо умирать, если ты можешь жить… Встань. Если не можешь бежать, - иди. Не можешь идти, - ползи..»
- Зачем? Ради чего?… Я просто хочу спокойно умереть. С честью, покорно…
«- Заслужи это.»
Эти слова заставили Офелию вздрогнуть. Она в оцепенении глядела слепым взором в пространство, после чего - шатаясь, встала на ноги, медленно, почти падая - она стала идти вперед. Шла, пока ноги не перестали ее держать. Когда же рухнула - ползла, пока в итоге не подобралась к холодной пещере, которая обещала прохладу и убежище от палящего зноя.
Сама того не понимая, на исходе сил и жизни - она добралась до своего спасения. Как бы она не стремилась избавиться от своей жизни - она была безмерно счастлива, добраться до хладного места с небольшой влажностью на стенах. Подобно растению, она припала боком к влажной стене, чувствуя, как ей становится легче и лучше.
Пусть слепа, сломлена, потеряна и устала, но она спасена. Она выживет…
Проходит так много времени слепого молчания, когда Офелия подает голос:
- Что же мне делать?
«- Живи.» - Кротко доносится из толщи золотистых песков.
