- Если это не имеет значения для той, с кем я хотела разделить жизнь - то я больше не стану бороться. Я шла на все это ради нее, теперь… Мне незачем бороться… Я просто хочу умереть…
Слуги-охотницы тем временем принесли золотой кубок, чистые иглы и кривой кинжал. Руку Чезы тут же требовательно сжали, после чего, легко и кровожадно резанули запястье, заставив фиолетовую кровь крупными каплями падать в кубок, после чего, Авреним поступила также и с запястьем Каллисто, которая уже ничему не сопротивлялась.
Лицо Чезы стали измазывать в такой же краске, что обмазывали Каллисто, после чего, заставили встать на колени перед Авреним, где та, взяв окровавленный кинжал, порезала уже свое запястье, после, приложив ладонь к лицу Чезы, обрисовывая различные знаки и узоры. После этого, большинство барабанов утихло, стал слышаться нарастающий гул из разных боевых кличей, что издавали другие азари, вперемешку с едиными ударами самых гулких барабанов.
- Встань с колен, дитя мое, - любовно и нежно проговорила Авреним, касаясь пальцами подбородка Чезы. - Встань и стань охотницей! Долго ты страдала от палачей, что приходили по твою душу, но теперь - пришло время отплатить…
Она взглядом указала на поникшую и ослабшую Каллисто, которую тут же вновь поменяли местами с Азрой, привязав ее к алтарю.
- Ритуал начинается! - воскликнула в восторге Авреним, заводя и так взволнованных последователей.
Чеза с широким оскалом села верхом на бедра Каллисто, пока та смотрела в пустоту, смиряясь со своей участью, которую, ей, увы, нельзя было повернуть и изменить…
- Сегодня ты станешь охотницей, милое дитя. - Авреним протянула Чезе кубок, наполненный кровью Каллисто и ее собственной. - Пей.
Чеза с усмешкой осмотрела содержимое, после чего, залпом осушила бокал, тут же содрогаясь в небольшом импульсе изнутри, что заставил ее глаза заполниться тьмой. Ее губы растянулись в безумной усмешке, пока гул среди остальных нарастал, вместе с пугающим гулким ритмом барабанов.
- Скажите мне, сестры мои! - вдруг произнесла громко Авреним, обращаясь к толпе из своих слуг. - Кого вы славите? Пиарес? Богиню самой смерти? Или же Куринт? Богиню охоты? Или же мы все, с вами, славим Атаме, что ниспослала на нас свой дар, быть хищниками среди стада наивных жертв?
Она вновь обратила свой взор на Чезу, что восседала на бедрах связанной азари. Авреним передала ей в руки окровавленный кинжал, тут же объявляя:
- Перестань себя сдерживать. Убей ее, как и положено Ардат-Якши! Ощути свои настоящие «Объятья Вечности», сквозь призму смерти!
Вся толпа восторженно взвыла, пока Чеза, широко улыбнувшись, наклонилась к лицу Каллисто, которое уже ничего не выражало. Однако, когда Чеза наклонилась вплотную к слуховому каналу Т’Сони, а руку с кинжалом при этом вознесла высоко над ее грудью, от Каллисто все-таки послышалось:
- Как бы сильно я тебя ненавидела сейчас… Я все равно…люблю тебя…
Чеза помолчала всего минуту, пока не прошептала в ответ:
- Мои крылья созданы лишь для тебя…
Прежде чем Каллисто сумела что-то сообразить, рука, замершая вплотную у ее сердца, резко подорвалась к веревкам на ее запястьях, после чего, те с треском поддались. Каллисто широко раскрыла глаза и рот в изумлении, пока Чеза, схватив кинжал, метко бросила его в одну из слуг Авреним. Та схватилась за копье, начался переполох, пока Чеза яростно испустила биотическую волну, тут же накрывшую пылающее кострище в центре поляны, заставляя все пространство тут же погрузиться во тьму.
Еще один залп, направленный прямиком вверх, тут же звучно и ярко взрывается в воздухе. Все происходит столь быстро, что уследить за происходящим невозможно. В густой тьме слышатся знакомые Каллисто голоса пока та, ориентируясь практически на ощупь, нашла в темноте связанную советницу и, забросив ее к себе на плечо, стала искать приблизительный выход. Ее крепко, одновременно нежно схватили за руку, решительно потянув ее в каком-то направлении.
Каллисто, с советницей на руках оказалась в уже знакомой ей обстановке, что было легко узнать по перезвону цепей в воздухе. В пространстве зажегся биотический огонек, что держался на ладони Чезы, тут же тускло освещая пространство с цепями, где все также связанные и плененные висели Шепард и Элая. Пока Каллисто слабо соображала что твориться, на нее тут же накинули какой-то балахон, прикрыв нагое тело, а пленники оказались на свободе:
- Каллисто! - она узнала в железных объятьях тепло Джейн, из-за чего на душе сразу стало светлей, а после - к ней также прижалась и Элая.
Каллисто быстро очнулась, отстранилась от Элаи и «отца», после чего, с ошарашенным видом, протянула:
- Чеза??
Упомянутая вздрогнула, зажгла в комнате какое-то подобие факела и обернулась к Т’Сони, тут же расплываясь…в совершенно другой, искренней, любящей и…умоляющей улыбке…
- Прости. Мне пришлось это сделать… – донеслось от нее, и только от прежних теплых нот, все внутри Каллисто вновь ожило.
- Чеза… - только и выговорила Каллисто, не в силах сдерживать эмоции.
