Рассвет был тусклым и бледным. Луна уступала место умирающему Солнцу. Но ни Исаак, ни Лорена не убрали фонарики — темно.
Спустя несколько часов они дошли до города. Множество заброшенных и разрушенных многоэтажек пугали своей неизвестностью. Тревожная звенящая тишина почти сводила с ума. Однако говорить было опасно. Мало ли кто сбежится на голос.
Лорена заинтересовалась заброшенным магазином. Тихой поступью они подошли к нему. Исаак несколько раз проверил уровень радиации, посветил фонариком и, удостоверившись в безопасности, первым зашел в здание. Лорена послушно следовала за братом.
Оказалось, что это бывший магазин одежды, от которой осталось лишь одно пыльное и грязное тряпье. Они зашли в
здание глубже и обнаружили, что это был целый торговый комплекс. Осторожно двигаясь по нему, брат с сестрой заглядывали в разные места в поисках чего-то интересного. Отдельного их внимания заслужили манекены, окутанные лозами и цветами. Природа оказалась лучшим модельером всей эпохи.
Первое время (нервно) хихикая над манекенами, Лорена постепенно начала ловить себя на мысли, что они выглядят до кошмарного жутко. Сломанные руки, ноги, у некоторых были оторваны даже головы. На телах периодически виднелись следы когтей и клыков.
Исаак был в напряжении. Наступая на осколки, он каждый раз мысленно проклинал себя за то, что согласился на безумную идею сестры. Да, они часто были за стеной. Но никогда не заходили в здания.
Потому что непредсказуемо.
Опасно.
— Как думаешь, — шепотом спросила Лорена, стягивая маску, — кислотный дождь правда существует?
— Отличная тема для разговора, — тихо ответил Исаак, также приспуская маску со рта и носа.
— Папа говорил, что им встречался пару раз.
— Чудесно, теперь к нашим возможным способам умереть, помимо расстрела на стене или падения на жалящее дерево, прибавляется кислотный дождь.
— Первое — явно самое безболезненное.
— Лучше б ты в школе так умом блистала.
Неожиданно Исаак остановился. Следом замерла и Лорена. У обоих сердца забились, как бешеные.
В конце коридора была заброшенная аптека. Крыши на том конце здания не было, как и части стены.
На полу, прямо посередине завала, в окружении кучи цветов и лоз лежало тело. Черная форма выдавала солдата. Он крепко сжимал маску в руках, будто пытаясь скорее снять ее, чтобы сделать вдох.
Исаак боялся пошевелиться. Лорена с глазами, полными страха и ужаса, пыталась понять, насколько они влипли.
Ведь человек, кажется, дышал.
Они стояли так будто вечность.
Предположив, что человек их не слышит и не видит, они подобрались чуть ближе. Исаак достал старенький глок, Лорена держала хлороформ в баллончике, дабы, в случае чего, распылить
вещество и побыстрее скрыться, не тратя патроны, коих немного, и силы. Но человек не двигался.
Исаак замер, услышав странный писк дозиметра. Устройство будто сошло с ума, показывая постоянно меняющиеся числа.
Лорена же пыталась разглядеть лицо парня. На вид он, казалось, был не сильно старше их самих. Бледное лицо в запекшейся крови, серые мешки под глазами. Форма пыльная, грязная, будто вросшая в землю и сросшаяся с цветами. С правой стороны виднелся маленький кусочек нагрудного бейджика.
«Ансель; 3712»
Лорена впервые видела такую надпись.
— Кто он? Я его не знаю, — тихо сказала она брату.
Не сказать, чтобы их город был настолько маленьким, что каждый друг друга знает, но Лорена и Исаак просто довольно общительные. И памятливые. Особенно до солдат, на которых вечно боятся нарваться.
— Может он из Лухана? Видишь форма не наших, — шепотом предположил парень.
— И что он забыл так далеко?
— Может потерялся?
— Ты посмотри, тут всё в одуванчиках и ромашках… — Лорена переключила свое внимание, не веря своим глазам. Как они смогли вырасти здесь, с таким плохим освещением? — Тут даже фиалки есть…
— Лора, стой. Смотри.
Исаак чуть дрожащими руками показал сводящий с ума дозиметр. Брат с сестрой поспешно отступили на несколько шагов назад от человека.
Лорена была в растерянности.
— Да ты посмотри на него, — чуть громче начала она, — у него нет ни пульмонита, ни лучевого сепсиса. Почему показатели такие огромные?
— Потому что есть тяжелое дыхание, кровь на губах, подбородке и руках, — скривился Исаак. — Сколько он вообще здесь лежит?
— Черт, а вдруг это его ищут? — Лорена нервно закусила губу.
— Тогда нам стоит убираться отсюда, — брат взял сестру под локоть и развернулся в направлении, откуда они пришли.
— Подожди, ты предлагаешь его оставить здесь? — Лорена даже не шелохнулась.
— А как ты хочешь его унести? На спине? Как мы его на стену затащим? Или подойдем к главным воротам и торжественно вручим? Это будет наш первый и последний героический поступок. Посмертный.
— Тоже мне «гуманист», — фыркнула Лорена, — правильно, зачем спасать человека, когда можно дать ему тихо и мучительно умереть.
— А, то есть проводить опыты на людях и воздействии на них радиации нынче считается гуманным? — не упустил шанса поддеть сестру Исаак. Лорена ответила ему недовольным и злым взглядом, но промолчала. Сейчас не время ссориться, пока рядом умирает человек.
