Син Цю решил ударить по мне элементальной атакой, которую я без труда блокировал своим мечом, но получил статус Гидро, что для остальных Крио-оппонентов в самый раз. Стрела Гань Юй влетела в моё плечо, застряло там, а вместе с этим ненадолго заморозила меня, чтобы Чун Юнь больно ударил по животу Дубиной переговоров — оружие сменил? — тем вынудив сгорбиться. Однако полученных повреждений недостаточно для моего подавления, они, кроме Шень Хэ, хотели одолеть исключительно чрезмерным, но не шибко смертельным уроном. Это не сработало, и я, превратившись в дым, отступил подальше от фембоев. Я материализовался перед носом Гань Юй, которая хотела уже отойти, но увидела моё присутствие буквально со всех сторон из-за созданной иллюзии. Увы, ранить её не успел из-за Крио-мамми, познакомившая меня с противоположной скалистой стеной в результате удара.
Сколько бы я не пытался, пересилить таких врагов никак не мог. Их координация выше всякого понимания, в нужный момент они вместе вытворяли такое представление, что никакая хитрость в моём исполнении не работала. Какие, мать его, иллюзии, если психологически я не успевал давить? Нынешний способ сражения явно неактуален, вследствие чего пропускал непростительно много урона. Син Цю, конечно, диктовал элегантные предсказуемые нотки, которые ориентированы лишь на поддержку и наложение Гидро-статуса, пока Чун Юнь, соратник по порно-артам, ориентировался на точечное накладывание урона. Гань Юй находилась поодаль и нередко обстреливала меня, соблюдая превосходную точность и аккуратность на протяжении всего избиения. Царицей представления являлась, конечно же, Шень Хэ. Непомерно сильная девушка, раскрытая в реальности по максимуму, как завещал выстроенный лор. Неудивительно, что финальный аккорд был за ней: Чун Юнь совместно с Син Цю заморозили меня и подняли в воздух, Гань Юй добила мощи попаданием стрелы в живот, словно я выпущенная тарелка для стрелка, а Шень Хэ, уже оказавшись рядом с кулаком, сжимающий талисман. Разве может персонаж ПОДДЕРЖКИ наносить столько урона? Удар кулаком по спине спустил меня с небес на землю, набил рот землёй и едва ли не закопал в воронке. Одно радовало: Путешественник сверхчеловек, и может стерпеть столько ударов без смерти, однако до окончательного умерщвления осталось совсем немного.
Я дымом отлетел подальше, на более просторную часть возвышенности и вновь материализовался. Тело Итэра оказалось не таким уж стойким, как я думал. Изолированность от чувств окружающего мира скрыло от меня пределы оболочки, я банально не мог понять, насколько мышцы парня ныли, насколько кровоточили от полученных ранений. Застрявшие стрелы я отломал и по-прежнему не мог учуять инородные куски в животе и плече. Пару рёбер точно сломано, следом повреждены позвонки и, кажется, не в нормальном состоянии правая нога. Из носа и щеки текла кровь, я незаинтересованно вырвал шатающийся зуб, из-за чего мой рот окрасился алым цветом. Жалкое зрелище, особенно с десятками синяков.
— Как же… — начал я. — Как же… Как же мне весело!
Превосходно! Интересно! Непредсказуемо! Жестоко! Основательно! Быстро! Сильно! Мощно! Профессионально! Это то, что я так хотел при битве с Барбатосом! Противник знал, что делать, умел противостоять мне и готов был убивать, невзирая на наличие Итэра и свою силу. Удивительно!
Мне на выручку побежали несколько дьяконов и храмовников по приказу Олдрика, но я остановил их яростным криком:
— Не мешать мне! — затем я посмотрел на оппонентов. — Они мои.
— Ты совершаешь ошибку, — решил сказать Син Цю. — Ещё не поздно остановиться и сдать нам тело Итэра добровольно.
Его призрачная надежда спасти Итэра, когда их действия скорее направлены на убийство, чем на спасение, вызвала у меня продолжительный громкий смех.
— Как глупо надеяться, что после моего ухода Путешественник также будет свободно существовать в мире с такими травмами! Он застонет, как шавка, едва я покину его. Болевой шок сделает своё дело. Хотя подожди… чего это я переживаю? С чего вдруг я интересуюсь судьбой Итэра? Это моё тело и ничьё больше, — оскалив зубы, понесённые потери в лице сорок шестёрки, я пренебрежительно отбросил потресканный меч в сторону. — До сего момента я сражался как Итэр, пытался адаптироваться к нему, понять его силу, возможности, проблемы. Но я ведь не он! Я… — меня охватила весёлая ярость. Я встал по стойке смирно, раскинул руки в стороны и улыбнулся ещё шире, кажется, чуть ли не разрывая щёки. — Я НОКС!
— Осторожно! — крикнула Гань Юй товарищам.
