— А ты чего хотел? — осведомился Ломаев. — За то и боролись.
— За то, чтобы никто не рвался в начальство, что ли? Никто почти и не рвется: одна нервотрепка, а привилегий — ау!.. Хотя нет, тебя вон по блату в турецкой бане попарили, оболванили под мачо, бесплатно холю ногтей навели…
— А в глаз?
— Молчу, молчу…
— Вот и молчи.
Но молчать более пяти минут кряду Игорь Непрухин сроду не умел и не желал учиться. Если не было насущной темы, в ход шли утконосы, а равно и все прочие объекты, пригодные для того, чтобы чесать о них язык.
Сейчас, правда, тема была:
— Ребята от твоей поездки многого ждут…
— И зря, — буркнул Ломаев. — Спасибо, если нас сразу не посадят. Вдвойне спасибо, если в самом деле выслушают, как обещали…
— Ха! Полмира за нас!
— А полмира против. Как раз те полмира, которые все и решают. Я вот что думаю: зря мы так осторожничаем с китайцами. Работать они умеют, а поддержка Китая нам сейчас во как нужна! Ей-богу, уломаю Тейлора, чтобы не кобенился, — пусть едут к нам, даром что желтые…
— Ты что, расист?
— А ты негр, чтобы задавать такие вопросы? — Ломаев критически прищурился на приятеля. — Хоть гуталином вымажись — не поможет. Больно худой и рэп не любишь. А главное, социальными льготами не пользуешься…
— Вот-вот! Антарктический начальник среднего звена, сирый и неприкаянный…
— Терпи, казак. О, гляди, солнце показалось!..
«…У меня было одно дело — у Игоря другое. Само собой разумеется, нас, делегатов, знакомили с планами самообороны Антарктиды на самый худший случай.
А что может быть хуже вооруженного конфликта для тех, кто беззащитен?
Мы и были практически беззащитны — приходи, постреляй немного для острастки и бери нас голыми руками.
К тому и шло. Госдеп США был готов объявить о морской и воздушной блокаде Антарктиды — разумеется, во исполнение резолюции ООН, а как же! После чего «полицейская операция» очевидным образом не заставила бы себя долго ждать.
Вашингтонский договор — единственное, хотя и шаткое основание нашей легитимности — трещал по всем швам, но формально еще существовал. Если бы проблема ограничивалась лишь формированием соответствующего общественного мнения, США могли бы официально выйти из договора хоть завтра. Уж что-что, а рулить мозгами человеческой массы (в предположении, что у массы имеются хоть какие-нибудь мозги) там умеют. Российские СМИ по сравнению с заокеанскими просто подмастерья, пусть и талантливые. Да и нет, по правде говоря, у американского налогоплательщика привычки держать в кармане фигу, с ним проще.
Где-то в высоких эшелонах шли дипломатические баталии. Пока еще никто не мог прихлопнуть нас в одностороннем порядке, не вызвав мирового конфликта, и в этом заключалась наша надежда. По сути, нас устраивало даже торговое эмбарго — лишь бы не вторжение. Попытка удушить нас экономически могла растянуться на годы, против чего мы нисколько не возражали, хотя, разумеется, бурно протестовали против санкций как таковых. Главное — выдержать. Перетерпеть. Несколько месяцев или лет — как получится. В меру наших слабых сил мешать державам прийти к общему знаменателю в отношении нас. И в конце концов быть признанными де-факто.
Великобритания, как обычно, тащилась в кильватере США без всяких оговорок. То же, но уже с оговорками, делали Австралия, Бельгия, Норвегия, Польша и Новая Зеландия. Чили и Аргентина еще раз подтвердили свои притязания на шестой континент. Франция, Германия, ЮАР, Бразилия, Южная Корея, Япония, Украина и Уругвай выступали в целом против силового вмешательства в наши дела, хотя, очевидно, были готовы к уступкам в обмен на то-то и сё-то. Попискивали, иногда весьма назойливо, страны, вообще не имеющие отношения к «антарктическому клубу». Разразился скандал: корабли флота США перехватили в наших территориальных водах судно, идущее под флагом Папуа — Новой Гвинеи с целью высадки на материк национальной антарктической экспедиции. Еще немного, и среди нас появились бы папуасоантаркты, а у Папуа — исконные национальные интересы в Антарктиде.
Создавалось впечатление, что в Папуа просто успели подшустриться раньше других. США усилили спутниковое слежение за регионом. В самом деле, чем хуже Филиппины, Индонезия, Тайвань, обе Кореи, Малайзия, Таиланд, Вьетнам и так далее? Почему бы им не застолбить себе явочным порядком собственные «национальные интересы»? Долго ли пришвартоваться к барьеру и, вывалив на лед пару разборных домишек, дизель, радиостанцию и запас пищи для полудесятка человек, основать подобие станции? Пара пустяков.
В дипломатическом море штормило с нарастающей силой. О предстоящей конференции в Женеве говорили много, но как-то без особого энтузиазма. Сколько в этом городе было всяких конференций — а толку? Будь у меня выбор, я предпочел бы любой другой город, хоть гондурасскую Тегусигальпу, хоть индийский Тируванантапурам. Думаю, коллеги со мной согласились бы.
Любопытно, а был ли выбор у Шимашевича?
