— Обещаешь? Обещаешь? Обещаешь?
— Конечно.
— Я взяла тебя на слово! Смотри мне, — пригрозила она пальцем, — не подведи!
— Так точно! — рассмеявшись. — Где бабушка? Неужели ты там её оставила?
— Ну-у… — начала она сандалиями шаркать, опустив глаза.
— Пошли уж к ней, а по пути расскажешь мне про картину, — наигранно вздохнув и прикрыв на мгновение глаза, произнёс ты.
Подумать только, когда-то выпал случай выбора пути, и эта выборка постоянно тебя преследовала — то в одном мире, то в другом, чтобы в итоге, пройдя все тяготы, ты оказался подле дивы.
«Лана, спасибо тебе!»
— Это просто! Автопортрет в соломенной шляпе Винсента Ван Гога.
— Чем же так приглянулся он тебе?
— Этот человек… он похож чем-то на прошлого тебя, — боязливые нотки отразились в голосе, но потом уверенности в нём прибавилось: — Тётенька рассказывала много про него, про каждую из картин в этом музее тоже, но больше всего я заполнила именно эту картину. Здоровье Винсента Ван Гога, как и твоё, ухудшалось. Он страдал от свалившихся на него нагрузок, как и ты после потери… мамы, но… не знаю, что стало с ним потом, но очень надеюсь, что, как и ты, он выздоровел. — Закончив, она на весёлом мотиве побежала в сторону бабушки, как только та появилась на горизонте.
«Ничего. Живите!» — эхом пронеслись слова Лапинского, из-за них ты улыбнулся, согласившись, что жизнь — подарок, и нет ничего ценнее, чем «чувствовать, идти к успеху, падать, вставать, наслаждаться моментами».
Наконец-таки сполна понять ты это смог.
