– Семенов! Слушай меня внимательно. Всех обитателей этого «террариума» – Кима, Шарипову, Боголюбова, а также прислугу мужского пола – грузишь на весь имеющийся транспорт и везешь в управление. Прислуга женского пола остается на месте, – пауза. – Мне плевать, куда и как их погрузят, и с каким комфортом они поедут! И не забудь, что они делают это добровольно и с большим желанием помочь дознанию и следствию. Допрашиваем всех до утра. Сначала прислугу, затем эту троицу. На какие вопросы они должны ответить, я тебе потом скажу, – пауза. – Нет, адвоката вызывать не надо. Это не задержание, а затянувшиеся оперативно-розыскные мероприятия. С утра извинишься искренне, и объяснишь – почему вышла задержка, если будут претензии, запишешь все тщательно и дашь расписаться. Понял? Вот и хорошо. Приступай.
Перед парадной лестницей была суета. Весь имеющийся транспорт подвергался тщательной инвентаризации на предмет освобождения мест для допрашиваемых. Возле машины Петровича стоял Сомов, беспомощно держа на весу руку с незажженной сигаретой, около его ног, преграждая ему путь, стоял Бонифаций, и внимательно глядел в глаза Сомову.
– Николай Николаевич, какие-то проблемы? – поспешил на помощь Петрович.
– Вот, полез в салон за сигаретами, а собачка следом выпрыгнула и не дает пройти за огоньком.
– Бонифаций! Да не носит он кошек в карманах. Отойди немедленно.
Пес умиротворенно вильнул хвостом Петровичу. И вдруг, навострив уши в сторону парадной лестницы, взвизгнул, и в состоянии абсолютного счастья кинулся в том направлении. Петрович увидел Шарипову, идущую к машине. Пес бросился к ней со всех ног.
– Ой, уберите собачку! – наигранно заголосила тетя Груня.
– Откуда вас знает собака? – спросил подоспевший Петрович.
– Первый раз вижу этого кобеля. Я собак боюсь, как огня. Уберите! – она оттолкнула руками морду собаки как раз в тот момент, когда Бонифаций пытался лизнуть эти самые руки. Пес оторопело отошел к Петровичу и сел возле его ног.
– Жаль, парень, ты не можешь рассказать мне, что бы все это значило, – Петрович ободряюще потрепал пса по холке.
В дверях показался Боголюбов. Как ни в чем не бывало, он огляделся по сторонам, как будто собрался на ежедневную прогулку и, заметив Петровича, добродушно кивнул ему. Петрович ответил легким наклоном головы.
– Что здесь происходит? – осведомился подошедший к Петровичу Саламатин.
– Вот, слежу за погрузкой лиц, изъявивших желание активно содействовать раскрытию преступления.
– Есть план?
– Есть. Предстоит большая работа.
– А я хотел предложить перекусить, и разговор есть важный.
– Можно перекусить, – согласился Петрович и привычным жестом хлопнул себя по пустому карману. – Нет, сегодня не получится.
– Я угощаю.
– Лучше дай взаймы, – извиняющимся тоном попросил Петрович. – Деньги внезапно кончились перед получкой. Сначала пришлось отправить деньжат в деревню для покупки нового трактора, потом человеку одному помочь.
– Ничего себе зарплаты у вас, – весело пошутил Саламатин.
– Это давние сбережения, – спохватился Петрович.
– Послушай, я тут место одно хорошее знаю. Поезжай за мной, а там разберемся.
Петрович ободряюще подтолкнул в сторону машины обиженного пса:
– Поехали обедать, Бонифаций.
Отъехав на приличное расстояние от особняка, Петрович, чертыхнувшись, резко ударил по тормозам. Достав мобильный, он позвонил своему помощнику:
– Семенов, я Сомова забыл во дворе.
– Все нормально, Иннокентий Петрович, он уже в моей машине.
– Спасибо, дружище!
В этот момент мимо проехала служебная машина Семенова. На заднем сиденье сидел Сомов, со счастливым видом помахивая Петровичу.
– Вот чудак человек, – обратился Петрович к Бонифацию и нажал педаль газа.
Уютное кафе с застекленной верандой и хорошими запахами было мило оборудовано под интерьер старой дачи. На европейский манер Петровичу разрешили взять с собой собаку, но при условии, что они сядут за столик ближе к выходу, и животное не будет доставлять беспокойства окружающим.
Бонифаций, внимательно выслушав все пожелания официанта, смиренно улегся под столиком и затих.
– Цены здесь не кусаются? – поинтересовался Петрович.
– Нет, место проверенное. Не беспокойся.
– О чем будет разговор? Дай угадаю. О работе? – пытался шутить Петрович.
– О ней, – вздохнул Саламатин.
Петрович с удовольствием предвкушал сытный обед и новый интересный экскурс в историю. Саламатин молчал.
– Может, начнем уже?
– Начнем, – кивнул Саламатин. – Разговор будет неприятный. О Вяземском.
– С ним что-то не так? – Петрович отложил в сторону приборы.
– Вот именно – не так. Он ведет двойную игру в этом деле.
– Есть проверенная информация?
