— Может быть, может быть… — не стал спорить с ним генсек, — но жизнь-то в стране за эти три… нет, уже почти четыре года, с тех пор, как я у власти, немного наладилась — с этим вы и кулуарные товарищи не спорят?
— Да, — тут же признался Миша, — жизнь немного наладилась… после непрерывного ухудшения при трех предыдущих руководителях. Но как говорится в народе — рыба ищет, где глубже, а человек, где лучше. У нас сейчас приоткрылись каналы связи с зарубежными странами, вот люди и сравнивают, где лучше… и сравнение пока что явно не в пользу нашей страны.
— И это верно, — отвечал Романов, — в той же Европе живут гораздо зажиточнее, чем у нас, однако, например, в той же Германии нет гарантий от увольнений и последующей безработицы, а у нас есть. И еще там платная медицина, а у нас бесплатная. А также бесплатных квартир там никогда не выдавали и вряд ли когда-то начнут, а у нас этот процесс поставлен на конвейер.
— И это верно, — секретарь подумал и решил выложить последний козырь, — но общая картинка жизни в Европе все же гораздо ярче и красочней, чем у нас. А это вызывает некоторые вопросы…
— А это что такое? — спросил Романов, показывая в окно на Ивановскую площадь.
— Где? — тут же подошел к нему секретарь.
И они оба увидели, как на Ивановской площади ровным прямоугольником стоят танки Т-72, а за ними БТР-80 производства Арзамасского машиностроительного завода. Моторы у всех них работали, выпуская в небо клубы черного дыма.
— Не могу знать, Григорий Васильевич, — с некоторым испугом ответил на вопрос секретарь, — разрешите поинтересоваться у ответственных лиц…
— Разрешаю, — махнул рукой Романов, и Миша начал лихорадочно набирать номера на разных телефонах, стоявших на его столе и на тумбочке рядом.
— Все телефоны отключены, — гробовым голосом заявил он через минуту, — гудка нет даже на АТС-1…
— Ну тогда пойдем справимся про эту ситуацию у охраны что ли… — предложил Романов, открывая дверь в коридор.
Секретарь Миша с готовностью поднялся из-за своего стола и первым вышел в коридор второго этажа Сенатского корпуса Кремля, где находился кабинет Генерального секретаря. Романов подтянулся следом — и слева, и справа царила могильная тишина, никого видно не было, даже стандартных охранников из девятки.
— Ну и куда все подевались? — задал вопрос Романов, озираясь по сторонам, — прилетело НЛО и слизнуло всех, как корова языком?
— Это, знаете ли, вряд ли, — ответил секретарь Миша, — про НЛО у нас только в Очевидное-невероятное рассказывают, да и то раз в три года…
— Ну тогда пойдем и спросим прямо, что за дела тут творятся, — предложил генсек, а секретарь не стал возражать, поэтому они двинулись направо, пор направлению к центральной лестнице.
Каждый шаг по паркету второго этажа отдавался гулким эхом от сводчатых потолков, а более тишину ничего не нарушало — тарахтение танков и БТР не было слышно через метровой толщины стены этого корпуса. Они в полном молчании миновали длинный коридор, дойдя до лестницы, ведущей вниз. Тут слева значилась дверь, где обычно обитали охранники и телохранители высших руководителей государства из девятого управления КГБ. Романов толкнул дверь внутрь — комната была полностью пустой.
— Очень интересно, — задумчиво произнес генсек, — ни разу с таким оборотом не встречался, чтобы вся охрана куда-то пропала…
— У меня есть радиотелефон, — подал голос Миша, — в Березке купил — у него удлиненная база, до пяти километров берет, как раз до моей квартиры достает… а с него в городскую телефонную сеть можно выйти.
— Набирай кого-нибудь, — предложил Романов, — все равно кого — может, что-нибудь узнаем…
Миша вернулся в приемную, вытащил из портфеля радиотелефон размером с хороший кирпич, и набрал на нем какую-то комбинацию цифр.
— Своей подруге звоню, — пояснил он, — встречаемся год уже, наверно поженимся…
— Это похвально, — одобрил его слова генсек, — на свадьбу позови — обязательно приду.
Некоторое время из трубки-кирпича доносились длинные гудки, потом раздался приятный женский голос:
— Вас слушают.
— Привет, Ириша, — сказал голосу секретарь, — это я, узнаешь?
— Конечно… а чего так поздно?
— Да тут задержался на службе, — пояснил ситуацию Миша, — слушай, а что там по телевизору сейчас показывают?
— Ты за этим только позвонил? — раздался недоуменный голос из трубки, — чтоб я тебе про телевизор рассказала?
— Слушай, я тебе потом все объясню, — нетерпеливо ответил ей секретарь, — просто расскажи, что по телевизору идет… очень нужно.
— Ну если нужно… — некоторое время в трубке была тишина, а потом девушка продолжила, — по первой программе идет «Лебединое озеро»… по второй лекция для алкоголиков… по третьей кино какое-то… «Мертвый сезон» похоже. А на четвертой, которая московская, заставка идет с настроечной таблицей.
— Еще какие-то вопросы будут, Григорий Васильевич? — спросил Миша, прикрыв микрофон ладонью.
— К твоей подруге больше нет вопросов, — ответил он, — если можно, набери мой домашний номер.
— Напомните его, если нетрудно, — Миша сбросил предыдущий вызов и занес палец над клавиатурой в ожидании, Романов назвал номер.
