Отказавшись от революции как способа смены общественно-политического строя, Г. Зюганов, по сути, отказался и еще от одного из основополагающих принципов марксизма-ленинизма — диктатуры пролетариата.
«Они говорят, что возможна диктатура пролетариата, а я утверждаю, что любая диктатура, будь то пролетарская, будь то боярская или президентская, исторически обречена, это не благо, а, скорее, трагедия и беда», — говорит Зюганов в беседе с главным редактором «Советской России», тем самым отбрасывая краеугольный камень учения марксизма-ленинизма о диктатуре пролетариата. Он ставит знак равенства между диктатурой пролетариата, то есть большинства трудового народа, и диктатурой президента или новоявленных «бояр», которая исходит из интересов эксплуататорского класса и как раз и направлена против громадного большинства трудящихся. И при этом Зюганов еще продолжает именовать себя коммунистом!
«Геннадий Андреевич, а вот как быть с такими понятиями, можно сказать, краеугольными понятиями марксизма-ленинизма, как ПРОЛЕТАРСКАЯ ДИКТАТУРА и ПРОЛЕТАРСКИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМ? Вот сегодня ваша партия, она на этих понятиях базируется, или вы отказываетесь от них?» — такой вопрос прозвучал в беседе с лидером КПРФ Г.Зюгановым главного редактора общественно-политической газеты «Оппозиция» В.Журавлева под весьма говрящим заголовком «Любая диктатура бесперспективна: боярская, пролетарская, президентская». (№ 11, год издания в выходных данных не указан).
Вот что ответил лидер КПРФ:
«Я хочу сказать... Мы все... Основным критерием проверки любой теории является практика, жизнь. В чем гениальность Ленина? Что он был в высочайшей степени диалектик. Он говорил, что можно перейти к социализму без товарно-денежных отношений, осуществляя прямой продуктообмен. Попробовали — не вышло. В два-три месяца приняли решения, которые позволили стране выйти из крайне тяжелого положения.
Мы с собой берем все лучшее из наследства, то, что прежде всего проверено жизнью. Доказано в том числе и практикой нашего рабоче-крестьянского государства, что диктатура бесперспективна. Любая диктатура — боярская, пролетарская, дворянская...»
Просто нет слов. Именно практикой нашего рабоче-крестьянского государства доказано, что государственная форма диктатуры пролетариата — Советская власть — обладает высочайшей эффективностью и, безусловно, имеет перспективу. И она имела ее до тех пор, пока Хрущев не заменил классовые Советы депутатов трудящихся на размытые Советы народных депутатов, а Горбачев и Ельцин не довершили начатый этим самодуром первый этап контрреволюции. Дальнейшее объяснение Зюганова Журавлеву показывает, что лидер КПРФ мало смыслит в том, что такое диктатура. Например, он говорит:
«Президентская (диктатура — Н.Г.) — бесперспективна. Она не создает условий для творческого труда. Тем более, когда речь идет о высочайших технологиях, о новой сфере, о новых подходах взаимодействия человека с природой. Нельзя танками и автоматами заставить эффективно работать ядерный реактор, конструкторские бюро, открывать новое. Нельзя. Это всем очевидно».
В мыслях лидера КПРФ путаница необыкновенная. По Зюганову выходит, что президентская диктатура потому бесперспективна, что не создает условий для творческого труда. Но это абсурд. Возьмите США, Францию, другие страны с президентской формой правления — разве там не совершаются научные и технические открытия, разве не осваиваются новейшие технологии? Утверждать обратное — значит, грешить против истины. Президентская диктатура бесперспективна потому, что это диктатура денежных мешков, что это диктатура эксплуататорского меньшинства над эксплуатируемым большинством трудящихся, и потому, рано или поздно, ей придет конец.
В Советском Союзе при Советской власти не танками и не автоматами побуждали миллионы людей творить чудеса на трудовом фронте, создавать лучшие в мире самолеты, мощные гидросооружения, первыми на планете осваивать космическое пространство, снимать великие фильмы, ставить лучшие в мире балеты, идти впереди планеты всей в фигурном катании, спортивной и художественной гимнастике, других видах спорта и т.д., и т.п. Побуждающей силой были не танки, не автоматы и не деньги, а великая любовь к своей Родине, великая гордость за нее, первой прокладывающей дорогу к социализму, побуждающим фактором была идеология марксизма-ленинизма, согласно которой движущей силой истории является народ — творец и созидатель.
В уже упомянутом интервью Зюганова липецкому журналисту Ю.Дюкареву тот тоже спросил лидера КПРФ:
«В таком случае и диктатура — «пролетарская» — тоже бесперспективна, не так ли?
«В России сегодня нет ни одного из известных науке элементов для устойчивой диктатуры. Желание — пожалуйста. Возможности — нет. Можно попытаться в Москве... И власти, допустим, хотели бы, но народная Россия сопротивляется, и вектор этого сопротивления идет по качественно новому пути», — ответил Зюганов.
