— Прошу прощения, что влезаю, но повар говорит, что все готово, — вклинился в разговор Рябой.
И надо сказать, вовремя вклинился. Не время сейчас было и не место, чтобы разборки с Астрис устраивать. Причем, я ее-то понимаю. И обиды ее тоже под собой основание имеют, и с прошлым всемогуществом колдунам тяжело расстаться.
— Готово, значит накрывай, — распорядился я.
Столы вынесли на палубу, нам отвели почетное место во главе рядом с капитаном. Потом настал черед чаш с основным блюдом — я не знаю как гурим на вкус, но ароматы из чаш валили невероятные. Под них выкатили бочонок с местным пивом. Народ уже готов был приступить к пиршеству, но мне пришлось взять слово.
— Погодите, на второй «Сокол» надо шлюпку отправить.
— Как? Зачем? — людям не терпелось приступить к трапезе и мой приказ они посчитали явно лишним.
— Не зачем. А с чем. Половину казанов отправьте к Кивару.
— Но… — даже Рябой не оценил мой благородный порыв, — мы же сами ловили.
— Ну да.
— А если им захочется, пусть тоже попробуют поймать.
— То есть ты хочешь сказать, что делиться со своими братьями-моряками, ты не намерен?
Вся команда не проронила не слова. Но по их лицам я видел, что общество против того, чтобы кормить сотоварищей. Я бы мог, конечно, приказать, надавить и моряки были бы вынуждены мой приказ выполнить. Но надавить надо было прежде всего на их совесть. И самосознание.
— Эххх, темные вы люди. Вот смотри, мы же гурима могли не вытащить?
— Могли, — неохотно согласился со мной Рябой.
— А им могло повезти. И гурим был бы у них. А у нас?
— А мы бы лапу сосали, — продолжил мою мысль Рябой.
— Молодец! Именно так. А если делиться, то мясо будет всегда и у всех. И у нас. И у них, — пусть моя мысль и была незатейливой, но я сам в такую справедливость верил, — зачем нам обжираться, если можно и соседа подкормить? Смысл в этом какой?
На лице Рябого появилось озарение.
— Спускаем шлюпку…
— Паруса! — прервал его команду крик дозорного с мачты, — паруса на горизонте!
Пираты оказались порядочными сволочами — они не дали нам вкусить даров моря и трудов своих.
— Убирайте еду на камбуз! Попируем потом! — распорядился я.
— А вдруг это не пираты⁈ — Астрис застыла с наколотым на вилку кусочком щупальца осьминога.
— А если пираты⁈ — мой довод оказался более существенным.
Убирать стол с палубы было некогда — мы объявили боевую тревогу. Только повара, пытаясь спасти свой кулинарный шедевр, таскали блюда в трюм.
— Что там? — крикнул Рябой дозорному.
— Плохо видно. Четыре мачты, — ответил тот.
— Четыре, — повторил я, — и на наших напало четыре.
— Пираты! Вооружайся, мужики! — заорал Рябой.
Его приказы были далеки от таковых у военных моряков. А с другой стороны — чего еще ожидать от вчерашних землепашцев и торговцев? Надеюсь, Кивар научит их действовать по уставу. А еще — этот самый устав придумает или скопирует у имперского флота.
Мы долго обсуждали как обустроить нашу ловушку. Я предлагал и активное маневрирование с перестрелками из луков и арбалетов устроить несмотря на то, что оба наших корабля вместе взятые были меньше, чем пират. Зато имели превосходство в скорости и маневренности. Астрис же хотела разметать налетчика с помощью своего волшебства. Но у Кивара был свой план действий. Мне он не очень понравился, но адмирал был уверен, что он пройдет без сучка и задоринки. В конце концов опыта боевых действий на море у меня не было, поэтому я согласился с предложениями Кивара.
По плану роль нашего «Сокола» сводилась к минимуму. Мы должны были изобразить испуг, быстро выбрать якоря и попытаться спастись в паническом бегстве.
— Паруса ставь! — Рябой был в курсе того спектакля, который мы собрались разыграть.
На втором нашем корабле люди тоже забегали по палубе, они начали поднимать паруса на оставшейся мачте. Но «Сокол-4» оставался инвалидом, вторая, упавшая в воду мачта не просто гасила скорость, а заставляла корабль вращаться на одном месте. Мы же ход набрали шустро, не без маленькой уловки — Астрис подтолкнула нас вперед небольшой волной. Которую, как мы надеялись, наш противник не заметит.
А тот, распушив все свои паруса, летел к «тупицам-купцам» по прямой. В том, что нас преследовал именно пират мы к этому моменту уже не сомневались. У нас в команде были моряки, на которых этот огромный корабль напал в прошлый раз. И они его узнали. Едва я его увидел, то сразу понял, почему от него бежал корабль Боргосского экспресса — понятия не имею, откуда пираты смогли стащить линейный корабль. А именно его он напоминал в первую очередь. Помимо парусного оснащения он имел и весла. Гребцов тоже подключили к погоне, весла в три этажа погружались в воду и гнали тушу корабля все быстрее и быстрее. Его оббитый медью нос, разрезая волны, вспенивал воду перед собой.
— А он, — я кивнул на пирата, — тараном Сокол не перережет?
— Смысл грабежа состоит в том, чтобы захватить груз, а не пустить корабль на дно, — Астрис объяснила банальнейшую вещь, но я в пылу разгоравшегося сражения о ней забыл.
— Они перенацеливаются на нас! — объявил не спускавший глаз с пирата Рябой.
