К холму Аянта придя бесстрашного, некий фригиецСтал, издеваясь над ним, дерзостно так говорить:"Сын Теламонов не выстоял..." Он же воскликнул из гроба:"Выстоял!" — и убежал в страхе пред мёртвым живой.<p>"Это владыка эдонян, на правую ногу обутый..."</p>Это владыка эдонян, на правую ногу обутый,Дикий фракиец, Ликург, - кем он из меди отлит?Видишь: в безумье слепом он заносит секиру надменноНад головою, лозе Вакха священной грозя.Дерзостью прежней лицо его дышит, и лютая яростьДаже и в меди таит гневную гордость свою.<p>Оракул, данный мегарянам</p>Лучший к-рай на земле — пелазгов родина, Аргос;Лучше всех кобылиц — фессалийские; жёны — лаконки,Мужи — которые пьют Аретусы-красавицы воду.Но даже этих мужей превосходят славою люди,Что, меж Тиринфом живут и Аркадией овцеобильной,В панцирях из полотна, зачинщики войн, аргивяне.Ну, а вы, мегаряне, ни в третьих, и ни в четвёртых,И ни в двенадцатых: вы ни в счёт, ни в расчёт не идёте.<p>Оракул Аполлона Пифийского врачу Орибасию</p>Вы возвестите царю, что храм мой блестящий разрушен;Нет больше крова у Феба, и нет прорицателя-лавра,Ключ говорящий умолк: говорливая влага иссякла.<p><strong>АНАКРЕОНТИКА В ВОЛЬНЫХ ПЕРЕВОДАХ РУССКИХ ПОЭТОВ XVIII-XIX ВЕКОВ</strong></p><p>"Мне петь было о Трое..."</p>Мне петь было о Трое,О Кадме мне бы петь,Да гусли мне в покоеЛюбовь велят звенеть.Я гусли со струнамиВчера переменил,И славными деламиАлкида возносил;Да гусли поневолеЛюбовь мне петь велят,О вас, герои, боле,Прощайте, не хотят.<p>"Мне девушки сказали..."</p>Мне девушки сказали:"Ты дожил старых лет",И зеркало мне дали:"Смотри, ты лыс и сед".Я не тужу нимало,Ещё ль мой волос целИль темя гладко стало,И весь я побелел.Лишь в том могу божиться,Что должен старичокТем больше веселиться,Чем ближе видит рок.<p>"Мастер в живопистве первой..."</p>
