Ректор, отпустив Эйсона, подошел к окну — пейзаж за окном был чудо как спокоен и красив, но в душе его, конечно, никакого спокойствия и близко не было. Новости от Эйсона оказались чрезвычайно шокирующими — зять сумел его потрясти по полной программе. Такой был тихий, спокойный август — последние счастливые деньки перед тем шумом и гамом, который начнется в сентябре, когда студенты вернутся на обучение… И что же, оказалось, что во всей этой тишине таили зловещие планы шпионы Нумеронга… Интересно, ради каких именно тайн они внедрились в его академию?
Конечно, со стороны короля Авердана Хмурого и его начальника над шпионами — это огромная наглость. Ректор был порядком разгневан. Да, любое государство ведет шпионскую деятельность — но не так же нагло себя вести! Интересно, как отреагирует Драск, узнав обо всем этом, — не объявит ли он вообще войну Нумеронгу? Впрочем, это не его забота. Это решение должен будет принять сам король.
Но насколько все же все это шокирующе и неожиданно! Герцог даже потряс головой, не в силах поверить в произошедшее. Правда, лежавшее на столе письмо и рядом с ним пространственное хранилище, в котором, как сказал Эйсон, находятся три трупа, никак не позволяли подумать, что все это ему привиделось… Был к тому же хороший способ убедиться в том, что приглашенный им преподаватель пространственной магии действительно мертв. Убил его с помощниками, судя по словам Эйсона о могущественном маге, скорее всего, Седнеш или Юрак. Да, нанять двух грандмагов для охраны дочери было очень хорошей идеей…
Ректор прошелся по своему огромному кабинету, выбирая тот ковер, который ему уже в наибольшей степени надоел, и его пора было поменять. Он остановился перед третьим по счету — да, эта желто-черная расцветка уже начала его раздражать. Над этим ковром он и раскрыл пространственное хранилище. Три трупа выпали на ковер с высоты в полтора метра, наделав изрядно шуму. Даже его секретарша, напугавшись, ворвалась к нему в кабинет проверить, что же произошло, и, конечно же, испуганно застыла на пороге, увидев три окровавленных трупа, валявшихся на ковре перед ректором.
— Все хорошо, милочка, можете возвращаться на свое рабочее место, а ко мне пока никого не пускайте, — велел ей ректор.
Дила не сразу, но смогла выйти из оторопи, в которую впала, и на деревянных негнущихся ногах покинула его кабинет, после чего тут же прикрыла за собой дверь. Ректор досадливо нахмурил брови — как же неудачно вышло, надо было вначале запереть дверь кабинета изнутри. Секретарша у него все-таки известная сплетница… Хотя… Ему стало немножко и забавно, надо признать, — подраспустил он в последнее время свою профессуру, преподаватели к нему на прием уже как домой к себе ходят. Может, и неплохо, если по академии пойдут слухи, что он убил троих посетителей. Секретарь же не сидит все время в приемной, бегает и по его поручениям тоже, так что не сможет утверждать, что они к нему не зашли в ее отсутствие…
Раньше-то его очень сильно выручал Келерт. Все профессора с какими-то вопросами или претензиями раньше шли прямиком к Келерту, а не к нему, но пока он так и не нашел никого толкового, кого можно было бы посадить на его место. Хотел использовать для этих целей декана Барта, но тот категорически отказался от повышения. Сказал, что слишком сильно уважает Келерта и уверен, что как только минует эта война с сектантами, тот вернется на свою позицию. Так что, мол, не с руки ему, простому декану, занимать место проректора.
Хотя ректор, конечно, понимал, что у него совсем другие опасения. Он боится, что, уйдя с места декана, потом, когда Келерт вернется, потеряет место проректора — а место декана уже будет занято. И придется ему идти в обычные профессора. Тоже разумно рассуждает, в принципе. В уме его декану не откажешь.
Так что пусть секретарша сплетничает, авось к нему резко сократится поток посетителей, у которых нет на самом деле веского предлога к нему заходить. Но ладно — что-то опять он отвлекся. Хотел же убедиться, что Тезерус мертв.
Ректор подошел поближе к лежавшим трупам — один из них, который свалился лицом вниз на двоих других, смутно напомнил ему очертаниями фигуры архимага Тезеруса. Подойдя поближе, он носком своей туфли перевернул покойника лицом вверх. Да, это действительно был архимаг Тезерус, его новый преподаватель пространственной магии. Он уверенно его узнал, несмотря на то, что его лицо частично было обезображено кислотой.
Да уж, все это было серьезнее некуда… Надо признать, несмотря на первичный шок, что Эйсон действительно его очень серьезно выручил, и не в первый раз. Чего стоит хотя бы тот случай во время войны с Сисерией, когда он спас уцелевших профессоров и студентов-старшекурсников из плена.
