— Я знаю вас с самого вашего рождения. Я видел, как вы росли. Недолго, но я знал вашего отца. И за всё это время, что я нахожусь в вашей семье, я понял одно: не важно, какой стороной магии ты обладаешь — светлой или тёмной — главное то, кем ты являешься на самом деле. Ведь тьма — не всегда плохо. И вы — живое тому подтверждение. Вы и ваш отец. Я никогда не видел, чтобы тёмные маги творили такие благородные по своей сути дела. Многие делают так называемое «добро» лишь для своей выгоды. Никто не пойдет во вред своим принципам и устоям. Но вы и ваш отец… Вы не такие, как все остальные. Вы — другие… Порой мне кажется, что вы приняли не ту сторону. И ваш отец…
— Хватит! — Прервал Даркхнелл, поспешно поднимаясь с кресла и грозовой тучей нависая над Теодригом. — Ты ничего не знаешь о моём отце. — Прошипел прямо в лицо дворецкому. — Мне было десять, когда он погиб, но уже тогда я знал, что он не в себе. Одержим непонятной никому идеей. Он пытался доказать, что антимаги существуют. Ну, доказал бы. А дальше что? Антимаги — это смерть для нас. Думаешь, отец искал их для чего? Для того, чтобы просто доказать, что он не сумасшедший? Нет. Я нашел его записи. И знаешь, что там было? План переворота. А теперь, скажи мне, Теодриг, ты всё еще считаешь нас хорошими? Всё еще веришь в то, что тьма — это не так уж плохо?
Несколько секунд дворецкий молчал. А потом тихо выдохнул:
— Я верю в вас.
Морано сокрушенно покачал головой.
Отступив от Теодрига, он щелчком пальцев наполнил свой пустой бокал и, взяв его, снова выпил всё содержимое в один глоток. Затем опустился в кресло и двумя пальцами схватился за переносицу.
— Хорошо, что ты хочешь от меня услышать? — уже спокойнее произнёс он. — Что я рад твоему самовольному поступку: притащить в мой дом неизвестно кого, кто может меня убить?
— Нет, господин. Я просто прошу, чтобы вы посмотрели сами. И убедились, что я не вру вам.
— И я еще раз спрашиваю, почему ты мне это рассказываешь?
— Милорд, если она на самом деле антимаг, то её попадание «не в те руки» может обернуться неприятными и даже страшными последствиями для всех нас.
— «Она»?
— Да, мой господин, это девушка. Еще совсем молодая…
— Тьма! Теодриг, ты действительно хочешь моей смерти? — не выдержав, рыкнул мужчина.
