В их ресторане был свой погреб, за который Том отвечал. Ещё он закупал вино, дегустировал, проводил в ресторане своеобразные шоу для посетителей, которые могли отведать того или иного вина совершенно бесплатно. А иногда, точнее очень часто, в ресторане покупали целые бутылки вина, которые он советовал или рекомендовал. Томас любил свою работу. Стремился привить изысканный вкус к этому напитку каждому клиенту. В принципе, медленно, но у него это получалось. За год его работы в ресторане стали намного чаще заказывать вино и говорить одну и ту же фразу: «Позовите, пожалуйста, вашего прекрасного сомелье».
- И как ты себя чувствуешь? – Алекс отщипнул кусочек хлеба от булки, посмотрел на неё пару секунд, а потом бросил в пруд.
- Никак.
- Когда в последний раз занимался сексом?
- В начале декабря.
- О, ужас, - младший повернулся к брату, - сейчас конец января. О боги! Ты хотя бы дрочишь?
- Бро, я не хочу об этом. Ты говорил, что у тебя что-то случилось.
- Да, - Алекс смутился. – Короче, я встретил девушку.
- Очередную. Поздравляю.
- Нет, она особенная.
- Безусловно, как и предыдущая, как и до той...
- Нет, Том, Слэйни другая.
- Англичанка, что ли?
- Да.
- Ох, - парень встал, кутаясь в шарф. – И что у вас?
- Любовь, - спокойно сказал юноша.
- Разумеется, что же это ещё может быть. Расскажи про неё.
Братья гуляли по парку, смотрели на людей, беседовали.
- Что ты планируешь делать со своей жизнью?
- Ничего.
- Но, Том...
- Я стал неуверенным в себе, замкнутым, отчуждённым. В меня даже дурнушка не влюбится. Я не могу дать человеку всё, что он хотел бы: заботы, нежности, внимания, - не говоря уже о любви.
- Ты слишком критичен.
- Ничуть. Я реально смотрю на вещи. Если это всё-таки проклятие и мне суждено умереть, то я умру.
- Том, как ты можешь такое говорить? Ты помешанный...
- Может быть, не спорю, но Кира мне во многом помогла.
- В чём? – Алекс кинул последний кусок хлеба, когда они огибали пруд.
- Я не ищу случайных связей. Я не завишу от секса.
- Но ты и постоянных связей не ищешь.
- Я не знаю, что со мной, бро, - парень вздохнул, - мне по-прежнему плохо. Внутри всё клокочет. Я не могу жить с этим спокойно, поэтому просто существую.
- Мне смотреть на тебя такого больно. Ты будто засыхаешь. Найди себе хобби.
Том задумался.
- В этом что-то есть, - и улыбнулся. – Да, ты прав, стоит.
Он начал читать. Много читать, как никогда не читал. Нет, Томас не был глупым или необразованным. Просто никогда в жизни книги его не интересовали. Он читал только журналы про вина и книги по виноделию. Но оказалось, что литературный мир чудесен. В своём кабинете он читал постоянно, когда его никто не трогал. Дома, в парке и даже в туалете. Почему-то печатная продукция его привлекала больше, нежели электронная. Томас в один прекрасный зимний день завёл себе словарь цитат. Выписывал туда понравившиеся фразы и часто таскал тетрадь с собой. Но самое важное – стал улыбаться чаще и... оживать.
- Ты стал другим, - сказал Сирше при встрече. – Ты меняешься с каждым месяцем. Меня это пугает.
- Привыкай.
- Это из-за несуществующего проклятья?
- Оно существует. Мне плохо. Мне хуже с каждым месяцем, с каждым днём. Я объясняю это только проклятьем. Иногда у меня так сильно стучит сердце, будто ломится, пытается выпрыгнуть из груди.
- Сходи к врачу.
- Ходил, - буркнул тот.
- И что?
- Ничего. Я здоров. От пяток до макушки и обратно.
- Тогда я вообще ничего не понимаю.
- Не бери в голову.
- Тебя будто затопило отчаяние. Том, ты можешь продолжать жить нормально...
- Зная, что надо стать геем?
Они замолчали. Сирше не знал, как вразумить друга.
- Откуда в тебе столько ненависти? Ты строишь из себя жертву, хотя, не имеешь представления, правда ли то, что сказала Кира, или это чушь.
- А внутри меня тоже чушь скребётся? Сирше, я плохо сплю, иногда вижу глюки и слышу голос, который зовёт меня, а в груди тянет, будто там верёвка на кишки намотана. Я не могу спокойно смотреть на девушек, если начинаю думать об интиме. Меня трясёт. Скоро, думаю, я начну истерить...
- Это недотрах.
- Возможно, но объяснений моим душевным терзаниям нет.
- И ты предпочтёшь жить так, зная, что умрёшь, и не будешь ничего пытаться сделать?
- Я пытался. Я действительно смотрел на парней, но ничего. Я ходил к бабке, но и она не помогла. Единственное, что я могу сделать, к тому же, я хочу этого – помириться с Кирой. Теперь я осознал, как сильно обидел её.
- Привет, - Том стоял на пороге, держа в руках горшок бегоний.
Кира оценила внешний вид юноши, потом цветок, а затем улыбнулась.
- Предлагаешь мне дружбу?
- Да. Я ещё помню, что ты увлекалась цветами, много о них читала. Решил сделать небольшой подарок.
- Спасибо, Том, проходи.
Её квартира практически не изменилась. Они прошли на кухню.
- Чудесный цветок.
- Прости меня, Кира. Я не понимал, что делаю, зачем играю с тобой. Мне искренне жаль. Я бы хотел действительно подружиться с тобой. Ты одна в полной мере понимаешь, что со мной происходит.
- Тебе никто не верит?
- Почему? Алекс, но он просто смирился. Сирше, но друг очень посредственен. А остальным я не говорил.
- Боишься?
