— Вот только ты забыл спросить, нуждаюсь ли я в твоей помощи! — не сдерживаюсь, взрываюсь. Громко всплеснув руками, чем снова тревожу свою рану, я срываюсь на крик. С детства я была жутко самостоятельная, идеалистка, характер у меня горячий, вспыльчивый, и когда кто-то пытается лезть в мою жизнь, и планы, я становлюсь раздражительной, ужасно нервной, и выхожу из себя за секунду. Но этот парень, просто совершенный уникум, ему удается выбить меня из равновесия, всего одним своим присутствием.
— Да ладно? А думаешь, не нужна? Может тебе там, в ангаре, больше понравилось? Вернуть? — нет, ну вы его слышали? Как тут держать себя в руках, если он так и просит, чтобы я разошлась.
— Да пошел ты, придурок! Запомни, я еду туда только по той причине, что ты мне не дал выбора. По своей воле, я бы никогда, и ни за что, не согласилась бы! Ясно!? Ты мне отвратителен.
— Это мы еще посмотрим, — он ухмыляется, и включает музыку громче. Чувствую, мои незапланированные каникулы в его доме, будут более жаркими, чем день под прямыми лучами африканского солнца. Либо я его придушу, либо он меня прикончит. Третьего не дано.
Глава 8
Ты наивно предлагаешь
Мне лекарство от обид…
Дорогая, дорогая,
Я не ранен, я — убит.
(Ю.Визбор)
POV Анфиса
Когда я представляла дом Яна, это были какие-то современные окопы, оборудованные сверхтехнологиями. Что-то между ямой и домом Железного человека. Но это был просто огромный особняк. Да, его ворота были, выстой метра три, а по кромке пущена железная проволока, которая, скорее всего, была под напряжением. При въезде стояла охранная будка, и как только мы заехали, машину осмотрели дивным приборчиком, вроде палки с круглым наконечником. Я похлопала ресницами, и взглянула на Яна, он отвлекся на свой мобильный. Его белоснежная челка, с холодным, немного серым отливом, упала на его глаза. Он, рваным движением, поправил ее запрвляя назад, и на секунду открыл мне вид на татуировку на его запястье. Она была совсем небольшой, и мне не удалось толком разглядеть ее, но я, все равно, опустила взгляд на его руки, медленно сканиуя теперь и их. Красивые, большие ладони с длинными пальцами, на которых красовалось несколько громоздких колец. На запястьях, которые торчали из-под пальто, выступили голубоватые вены, которые очень ярко контрастировали с его светлой кожей. Громов дернул рукой, и я резко перевела взгляд на свои колени, чтобы он не заметил моего пристального внимания. Охранник подал сигнал, и Ян отбросив телефон на колени, снова тронулся с места, заезжая вглубь большого участка.
Территория дома, была большой, зеленой, а с другой стороны открывался вид на просторный лес. Припарковавшись в подземном гараже, мы вошли в дом, поднявшись по винтовой лестнице вверх.
Внутри все было в белых и черных тоннах, просторная прихожая, с мраморной плиткой на полу, и белыми встроенными шкафами купе. Светильники встроенные в потолки, идеально чистые зеркала, даже коврик около входной двери был кристально белым. Ощущение, что я попала не в жилой дом, где иногда царил скромный беспорядок, валялась обувь которую не убрали в шкаф, или были небольшие следы от подошв, которые оставались на ковриках в прихожих, как, например, у меня дома. Складывалось впечатление, что я попала в музей, где царила стерильная чистота, и где лишний раз не стоит ни к чему прикасаться.
Разувшись, Ян указа мне на гостиную, откуда доносились тихие голоса, а сам, подхватив мои вещи, свернул к деревянной, светлой лестнице. Ярче всего из комнаты, слышался звонкий голос Ники, которая что-то увлеченно рассказывала другим. Мне было жутко неловко портить из «семейную» идиллию, но собрав всю храбрость в кулак, я сделала шаг внутрь.
— Фиса! Наконец-то нормальный человек в доме! С этими лопухами, и не поговоришь толком, — улыбаюсь на ее комментарий, вот человек умеет разрядить обстановку. Только открываю рот, чтобы ответить, как меня перебивают.
— Что за антиреклама Ника? — голос ледяного короля возвращает меня в реальность. Резко приходит осознание, что не все так радужно и сказочно, и я здесь не гостья, а скорее заключенный.
— Правда называется, — она легко уходит от ответа, ни капли не смутившись, что ее, грубо говоря, застали на горячем. Ян подталкивает меня в спину, и я, сделав несколько шагов, усаживаюсь в кресло по правую сторону от дивана, на котором сидят Ник, Ника и Фил. Вамп и Шерлок умостилась на полу и, не обращая на нас никакого внимания, режутся в приставку. Ян садится в кресло напротив моего.
— Расскажи что-то о себе, — Ника улыбается мне, и заинтересовано разглядывает.
— Ну, я даже не знаю.… Учусь на журналиста, — я пожимаю плечами и замолкаю, приходит осознание, что мне и рассказать особо нечего. Я совершенно обычная, без скелетов в шкафу, и прочего, и как такая посредственность как я, оказалась на месте главного персонажа какого-то глупого боевика, я ума не приложу.
— Ну, а хобби какие-то?
— Пока никто не слышит, могу петь, а так университет все свободное время отбирает, — я подтягиваю ноги на кресло, и кладу подбородок на колени.
