После пары более сложных танцев, на которые меня пригласил появившийся словно из ниоткуда Дмитрий и прокруживший в крепких объятиях, действо перенеслось ближе к трону, а музыка осталась звучать лишь ненавязчивым фоном. Аристократы подтянулись за зрелищем, которое ожидалось — представление новых участников кордебалета! Ой, простите — свежих дворцовых интриг.
Сначала дворцовый церемониймейстер (или как он тут называется?) объявил некую неизвестную мне леди Ульяну, баронессу Барановскую, вдову. Красивую и весьма напуганную девушку в чёрных вдовьих одеждах к трону вёл знакомый мне лорд Энтони, сын герцога Авенарского, с которым познакомились на приёме. Император благосклонно покивал, что-то сказал вдове и передал бумагу с указом о законности её брака и признании наследника рода Барановских. Так же он взял красавицу под своё покровительство, пообещал прислать своего поверенного для разбора дел почившего супруга, и предупредил, что если леди пожелает вступить в брак после окончания времени траура, то это возможно только с его разрешения. Девушка поклонилась, тихо сказав слова благодарности и чуть ли не бегом покинула зал, испросив разрешения у Императора, и ссылаясь на маленького ребенка.
Потом был вызван на ковёр пред очи Императора лорд Морозов–младший, известный мне ранее под кодовым именем как Эрик Ван. Властитель Шамбалы был рад его возвращению в страну и надеялся, что тот вернётся к работе. А кем он работал-то? Почему я не в курсе⁈ Мой дворецкий всё так же был невозмутим, как и всё то время, что знакома с ним. Пытки ему по возвращению в «Митридат» гарантированы! Лично от меня! Потому как, я хочу всё знать!
А вот далее пришёл мой черёд предстать перед Императором. Как-то вдруг вспомнилось, что теперь я его подданная, и надо проявить почтение, уважение и снисхождение… Ой! Последнее, это не к нему!
— Леди Нора Клейтон, баронесса Ротшильд.
Громкое объявление моего имени распорядителем и я, вся такая яркая, красная-прекрасная с огненно-пылающей шевелюрой, цвета ослепительного заходящего солнца, иду по дорожке к трону. Все взгляды прикованы ко мне, но это совсем не цепляет и не напрягает, скорее — радует. Хочу, чтобы обо мне узнало, как можно больше народа. И да, я меркантильная. Бизнес моя жизнь. И жизнь многих людей, за чьи судьбы я взяла ответственность.
Безупречный реверанс перед Императором и самый выгодный ракурс, чтобы показать все свои достоинства. Это я не про вываливающиеся прелести многих леди, что присутствуют здесь, а элегантность, безупречность кружева, незабываемая игра цвета, и блеск драгоценностей.
А Филипп, Император Шамбалы смотрел спокойно, с умеренным мужским любопытством и долей скептицизма. Не поняла… Что я пропустила, пока была занята делами? Откуда в его глазах эта странная решимость?
Бросила вопросительный взгляд на стоящую рядом с мужчиной Амалию, но та, своим внезапно сочувствующим выражением лица, только внесла хаос и суматоху в мои мысли. А что происходит? У меня всё шло по плану…
— Леди Клейтон, — начал свою речь Император, — Мы все рады вашему переезду в Шамбалу. Вы привнесли в нашу жизнь и общество Керчи множество прекрасного и полезного. И все с нетерпением ждём открытия фабрики по производству кружев.
«Всё хорошо!» — твердил внутренний голос, — «Всё хорошо! Хвалят! Ждут! Ценят!»
А вот интуиция завопила сиреной: «Сейчас что-то будет! Это подстава!»
После небольшой, но многозначительной паузы, за которую над головой, образно говоря, набежали тучи и запахло в воздухе озоном, как перед грозой, мужчина продолжил:
— А также рад сообщить вам, что ко мне обратились лорды с просьбой о разрешении помолвки с вами.
— Почему к вам? — мой голос… нет, не задрожал от волнения, а покрылся тонкой и колючей корочкой льда, — Я глава рода и сама имею право выбора и принимать решение. Вы это прекрасно знаете, как и причину, побудившую меня сменить подданство.
— Всё верно. Но по законам Шамбалы, если женщина в роду осталась одна, то разрешение надо сначала получить у Императора. Не волнуйтесь, это сделано для защиты и рода, и девушки, и её имущества.
В данную минуту Филипп пытался успокоить меня своей родовой силой. Всё бы ему удалось, если бы я была из обычных аристократов. Но это маленькое большое «но»! Наши магические силы принадлежат очень древним родам, и они равны, а значит ни одна не прогнётся под другую, и… что-то сейчас будет нехорошее…
— Что ж, позвольте узнать, — мой голос стал ещё холоднее, понизив и температуру воздуха в зале, — Кто эти достойные лорды, что решились на подобное, не поставив меня в известность?
— Не сердитесь на них, — Филипп усилил давление своей родовой магией, чтобы унять моё волнение и избежать конфликта, переведя разговор в деловую плоскость, — Они не имели права делать вам предложение, не испросив на то моего высочайшего разрешения.
