Голос ее дрогнул. И Ксении стало нестерпимо жалко сестру. Ведь Наташа на самом деле более одинока, чем она. У нее нет подруг, а сестру она держит на расстоянии, считая несмышленой, чуть более взрослой, чем Павлик. И ей не с кем поделиться своими мыслями, мечтами. Она вся словно в коконе. И никогда не знаешь, о чем она думает. Возможно, даже страдает, но никому и ни за что на свете не признается, какие мысли бродят в ее голове, какие желания терзают ее душу.
Склонив голову, Наташа смотрела в окно. Ксения залюбовалась сестрой. Она была сейчас в самом расцвете своей красоты. Пройдет время, и эта красота увянет, как увядает цветок осенью. Только теперь Ксении пришла в голову мысль, что не только дела имения и проказы сына могут заставить тосковать ее сестру. Ведь она женщина. И уже много лет одна. Неужели она никогда не мечтала о любви? И так ли уж искренни ее уверения, что мужчины всего лишь источник пороков и низменных страстей? Может, она просто не встретила еще того, кто оказался бы достойным ее любви и сумел бы подарить ей настоящее, чистое чувство?
Конечно, Ксения тут же подумала о князе. Лучшей партии для Наташи не найти. Но попробуй скажи ей об этом! Ксения вздохнула. Как все перепуталось в их жизни за последние несколько дней. И зачем только князь вздумал купить Завидово? Впрочем, не появись у них новые соседи, что бы изменилось этим летом в имении? Скука, однообразие, суета... И так день за днем, месяц за месяцем, год за годом... В душе Ксения смирилась, что останется "при Павлике", пока он повзрослеет, а что потом? Она понимала, что одиночество не делает из Наташи ангела, скорее наоборот. И какая жизнь будет уготована им обеим, когда старость постучится в дверь?
Впервые Ксения задумалась о столь далеком будущем, и ей стало жутко. Но что она могла изменить в своей жизни? Ничего! И она даже боялась помыслить о том, что Аркадий мог бы стать причиной подобных изменений. Наташа не позволит! И не потому, что она желает ей зла. Наоборот, она боится, что ее младшая сестра не сумеет противостоять трудностям и сломается, как сломался когда-то их отец. И поэтому как может ограждает ее от сложностей жизни. Но если с ней это пройдет, то с Павликом вряд ли получится. Он хотя и маленький еще, но характер проявляет нешуточный, похоже, более сильный, чем у его маменьки. Скоро он поймет свое преимущество, и дай бог, чтоб использовал его во благо...
Ксения вздохнула. И сделала это чуть громче, чем обычно. Наташа подняла голову и с недоумением уставилась на нее.
- Что случилось? Почему ты вздыхаешь?
- Ничего особенного, уверяю тебя, - преувеличенно бодро ответила Ксения. - Дождь, грязь... Как это все надоело! Неужели никогда не наступит лето? - Она поставила на столик чашку с остатками холодного чая. - Так хочется тепла...
- Тепла? - усмехнулась графиня. - Приказать затопить печи?
- Нет, это совсем не то. Я имела в виду... - Ксения смешалась. - Когда светит солнце, на душе радостно...
- У тебя мало радостей в жизни? - спросила тихо Наташа.
- Нет, что ты, - и вовсе смутилась Ксения. - Павлик... Он такой забавный... Сегодня он чудесно вел себя на прогулке. Знаешь, он задавал столько вопросов, и я не могла на некоторые из них ответить... - Ксения робко посмотрела на сестру. - Ты не думаешь, что ему нужно пригласить настоящего учителя? Моих знаний уже не хватает...
- Что толку было от тех учительниц и гувернанток, которые учили тебя? отмахнулась от нее графиня. - Лентяйки, распустехи, неряхи... Разве сейчас найдешь хорошего учителя? Все или пьяницы, или лежебоки. Чему они научат мальчика? - Она скривилась. - Не заводи пока эти разговоры. Конечно, я понимаю, что наступит время, когда эта тема снова всплывет. Но пока у меня хватит терпения, я не стану нанимать учителя для Павлика. Пусть в наших комнатах как можно дольше не пахнет табаком и перегаром.
- Наташа, ты хотела о чем-то со мной поговорить? - тихо спросила Ксения, чтобы только сменить тему разговора. Ведь от Аркадия пахло табаком и чуть-чуть хорошим вином, но ей эти запахи отнюдь не были противны. И она бы многое дала, чтобы ощутить их назавтра. Но попробуй она оспорить мнение сестры... Хотя как сказать! Возможно, эти запахи и омерзительны, если исходят от неприятного тебе человека? Ксения почувствовала, что ее мысли вновь устремились куда-то в заоблачные выси, где они могли свободно бродить только по ее усмотрению и никто не мог командовать ими.
Но голос Наташи вновь вернул ее на землю.
- Я хотела посоветоваться с тобой, - сказала она тихо. - Что нам делать дальше? Оказывается, этот жирный гусак Караваев тоже решил поддержать князя. Не знаю, из каких там соображений, но наверняка почувствовал выгоду.
- Караваев? - удивилась Ксения. - Ты говорила, что он - никчемный трус и болван.
- И до сих пор в этом уверена, - произнесла Наташа сердито. Она опять стала прежней - высокомерной и непреклонной графиней Изместьевой. И Ксения поняла, что соседу очень и очень не поздоровится.
- Ты решила его наказать? - догадалась она.
