- Вероятно, - Аркадий пристально посмотрел на него, - но с ней явились два занятных типа, ни дать ни взять одноглазый Один и его сынок громила Тор!*
______________
* Один - верховный древнескандинавский бог, который пожертвовал одним глазом ради мудрости и знаний; Тор - сын Одина и Земли. Известен своим пристрастием к грандиозным пиршествам, пьянству и жестоким дракам. Его дикий темперамент подчеркивали рыжие борода и волосы.
Князь с еще большим удивлением уставился на приятеля.
- Что это тебя потянуло на скандинавскую мифологию? Никогда не замечал за тобой подобных интересов.
Аркадий улыбнулся:
- Сам не понимаю, почему такая чертовщина полезла в голову. Но вид у этих типов, Гриша, еще тот! Встреть их вечером на большой дороге, и сам отдашь кошелек, даже если они его не попросят.
- Что, так уж безнадежно? - усмехнулся князь. - Впервые вижу, чтобы ты испугался каких-то проходимцев.
Аркадий покачал головой:
- У меня возникло странное предчувствие. Что им делать в маленьком городке? Вряд ли они остановились здесь просто переночевать. Это делается обычно под вечер. Сюда же они прибыли рано утром, выходит, выехали из Ярославля еще затемно.
- Возможно, у них какие-то интересы на ярмарке. Наверняка мошенники из столицы. Решили подзаработать на доверчивости местного обывателя. Согласись, такое случается сплошь и рядом.
1
- Нет, здесь другое, - продолжал упорствовать Аркадий. - Слишком их фигуры заметны, чтобы быть просто пинтерами* или огудалами**. И подобные личности вряд ли поселились бы в гостинице. Для этого они выбирают другие места, чтобы не светиться лишний раз перед полицией. Насколько я знаю, хозяева гостиниц обязаны сообщать в участок обо всех подозрительных постояльцах. А у этих, видно, все в порядке. Хотя паспорта у них наверняка поддельные.
______________
* Пинтер - шулер (жаргон.).
** Огудал - мошенник (жаргон.).
- Успокойся, - улыбнулся князь, - что-то ты сегодня и вправду не в себе. - Он достал из кармана жилета брегет. - Кажется, время поджимает. Осталось пятнадцать минут. Только-только успеем доехать до присутствия.
- Поезжай один, Гриша, - сказал Аркадий и беспокойно посмотрел на дверь. - Я останусь в гостинице. Чует мое сердце, эти господа появились здесь неспроста.
- Ну вот еще, - произнес недовольно князь, - не хватало нам тратить время на каких-то отщепенцев и... - Он замолчал, не закончив фразу, и уже тише сказал: - Ты прав, оставайся здесь.
Аркадий проследил за его взглядом. Из окна ресторана было видно, как господин в черном и его мордатый оруженосец вышли из гостиницы. Они постояли некоторое время возле подъезда, оглядываясь по сторонам и о чем-то переговариваясь.
Одежда их явно знавала лучшие времена. Громила своим внешним видом и повадками смахивал на живодера боцмана с английского корабля, а плащ человека со шрамом и его шляпа, которые он не снял, несмотря на жару, были в моде лет этак десять назад. Они были изготовлены у дорогого портного и искусного шляпника, но основательно поистерлись и обветшали.
- Кажется, ты прав, - сказал угрюмо князь, провожая новых постояльцев взглядом. - Присмотрись-ка к ним. Для нас они вряд ли представляют угрозу, но скоро появится графиня... - Он в упор посмотрел на друга. - Я не хотел бы, чтоб она испугалась. Узнай про этих субъектов все, что получится, до того, как я вернусь. Хорошо?
- Хорошо, - Аркадий вздохнул с облегчением. Выходит, дело не только в его больном воображении. Если сам князь, который на своем веку пережил немало и встречал уйму жестоких негодяев, не на шутку забеспокоился, значит, и вправду почувствовал опасность.
- Я остаюсь в гостинице, - сказал он и пожал князю руку. - Будь спокоен, я не допущу никаких мерзостей со стороны этой парочки.
Они вышли на крыльцо и чуть ли не лоб в лоб столкнулись с графиней, которая, поддерживая юбки, поднималась по ступенькам. Следом шла Ксения, а Павлик держал ее за руку, и оба весело над чем-то смеялись.
Князь вежливо склонил голову в приветствии. Лицо графини вспыхнуло, но, к ее чести, она не сбилась с шагу, а продефилировала мимо с гордо поднятой головой и все-таки ответила на его приветствие едва заметным кивком. Ксения тихо поздоровалась, зато Павлик подпрыгнул от радости и, бросив руку тетушки, со всех ног устремился к Григорию.
- Здравствуйте, ваша светлость! - Он снял шляпу и протянул князю загорелую ладошку. - Как вы доехали? Мы очень хорошо! Было не жарко, и маменька позволила откинуть верх у коляски. И еще разрешила мне прокатиться на облучке рядом с кучером.
- Павлик, - графиня окликнула его негодующим тоном, - поторапливайся! И не приставай к взрослым людям с глупыми разговорами! Князю неинтересны твои восторги!
- Отнюдь, графиня, - князь был сама вежливость. - Я с удовольствием беседую с вашим сыном. Он у вас развит не по годам, и мне интересны его суждения.
Графиня смерила князя уничижительным взглядом, но ничего не успела сказать в ответ, потому что он склонил голову в поклоне.
