Губернатор принял его на следующий день. В своем кабинете, а не в приемной, без всякой очереди, ровно в назначенное время – минута в минуту. Поднялся из-за стола, вышел навстречу, улыбчиво пожал руку. Смотрел прямо в глаза – доброжелательно и заинтересованно.
– У нас в городе активно работает группа представителей московской фирмы «Консорциум», – начал Коренев. – Они скупают недвижимость, землю, предприятия… По оперативным данным, отказ от продаж повлек убийства нескольких лиц, в том числе и мэра Придонска…
Губернатор поскучнел и перестал доброжелательно улыбаться.
– Такие вопросы обычно докладывает мне генерал Крамской. Это его уровень. Тем более что всё вами перечисленное не факты, а догадки.
– Я не об этом, – покачал головой Лис, и быстро продолжил: – Квартиру их руководителя обворовали, в том числе украли и портативный компьютер. Компьютер оказался у нас…
– Извините, я не могу вникать в детали квартирных краж. У меня очень много более важной работы. – Лыков демонстративно придвинул к себе какие-то бумаги и взял ручку. Это был прозрачный намек – аудиенция окончена.
– А в нем – план коммерческого захвата Тиходонска! И планы замены губернатора края московским представителем!
– Что?! – Лыков отложил ручку и наклонился вперед.
– Вот такой коварный проект, – Лис положил перед губернатором отпечатанный план «Экспансия». – Я решил, что вам будет интересно получить эту информацию из первых рук.
– Конечно, конечно, очень интересно! – Лыков быстро листал страницы.
– Шестой раздел, – ненавязчиво подсказал Лис.
Марья Ивановна была дома, поэтому «советоваться» у Комарницкого было нельзя – пошли к Дементьеву. Тот предстоящему «совещанию» обрадовался, быстро достал соленые огурчики и принялся резать колбасу. Комарницкий выложил на выцветшую клеенку румяные пирожки, а Алексей Громов со стуком выставил бутылку прозрачного самогона.
Гости присели на крепкие добротные табуреты. Грубоватая мебель была сработана на совесть, по большей части, своими руками. Да и сам Борис Андреевич тоже казался скроенным на века – невысокий, кряжистый, с квадратным подбородком и жестким лицом, словно вытесанный топором из столетнего дуба. Уже пять лет полковник первого поколения был вдовцом, но поддерживал в доме чистоту, порядок, умело вел хозяйство. И сейчас аккуратно нарезал колбасу, протер чистым полотенцем старинные граненые стаканчики из зеленоватого стекла.
– Ну, вроде все, как у людей, – осмотрев нехитрый стол, подвел итог хозяин и сильно потер ладони, будто хотел добыть огонь. – Наливайте! Чтобы солнце быстрее всходило!
Ветераны выпили, закусили, но обычный праздничный настрой сегодня не появлялся.
– Вот дожили! – отер губы Алексей. Он был молодым, шестидесятилетним, полковником второго поколения – сыном генерала-лейтенанта Громова. – На старости лет из родных домов выселяют! Будем скакать по однокомнатным клетушкам на девятых этажах. Да еще где-нибудь в районе аэропорта!
– Не паникуй раньше времени! – одернул его Дементьев. – Выселять нынче по суду положено… Хотя закон, известно, что дышло! Особенно сейчас…
– Какие суды, Борис? – поморщился Громов. – Пустят ночью красного петуха – и дело с концом! Сам на девятый этаж попросишься – все лучше, чем на улице! А без сада и огорода не проживешь, сразу в нищего превратишься…
– Пусть только сунутся! – воинственно крякнул Комарницкий и привычно распахнул поношенный пиджак, демонстрируя свой наган. – А еще ружьецо имеется, я его картечными патронами зарядил!
– Да брось, Виталя! – Борис снова наполнил зеленоватые стаканчики. – Куда тебе против них с этой пукалкой? У них, знаешь, какие деньжищи? Таких бандитов наймут, с автоматами, гранатами, на танках приедут!
– Ну, насчет танков ты загнул… Давайте! Чтоб солнце медленней опускалось!
Борис, Виталий и Алексей выпили по второй, потом по третьей. Самогонка, как известно, оживляет мысли. И Комарницкий ударил кулаком по столу.
– Постойте, мальчишки! У нас же тут не только отставные пердуны живут. Вон сколько особняков понатыкали. Там-то люди с деньгами, со связями. Их так просто не выселишь! Надо с ними объединяться!
Борис Андреевич задумался:
– М-да… Тоже верно. Наших новых буржуев так просто не выкинешь!
И Алексей Громов оживился.
– А чего мы тогда сидим-то? Давай к Старовскому зайдем. Он мужик солидный, у него везде завязки имеются. Наверняка, он в курсе дела!
Комарницкий опять стукнул по столу, на этот раз ладонью.
– Пошли! Петр Петрович человек нормальный…
Далеко идти не пришлось. Двухэтажный особняк из желто-красного кирпича стоял за углом. По сравнению с ним окружающие домики смотрелись халупами. Высокий бетонный забор украшали по углам симпатичные башенки под черепицей, на них крутились телекамеры, ворота с электроприводом вели в подземный гараж… По всем законам социальной психологии, владельца такого дома окружающие должны ненавидеть.
