Антирретики против Акиндина полностью

65. Итак, один лишь Сын есть энергия Отца [в том случае], когда «один лишь» противопоставляется не нетварным энергиям, а творениям. Поскольку же и из имеющих бытие причастием (μετοχή), есть те, которые зовутся силами Божьими, не только во множественном числе, но и в единственном, то Сын, как не причастием (μετουσία) имеющий [свойство] быть и называться силой, но целиком и полностью обладающий всем, что принадлежит Отцу, — не подобным тому, но самим тем, — один зовется силой в противоположность названным так по причастию. Так и Отец, так и Дух Святой, так и единственная нетварная сила, принадлежащая Трем. Но когда мы Отца или Сына, или Духа Святого зовем силой или энергией, то одновременно с этим имеем в виду (или же упоминаем и вслух) воипостаность. А о вечных энергиях Духа, как я много раз говорил, Василий Великий, перечислив их по списку, сказал: «Ими присно обладает Дух Святой, один лишь будучи воипостасным» [1397]. Итак, каждое из трех Лиц — это [ипостасно] осуществовавшаяся (ύφεστώσα) сила, однако из–за этого не отделена от Них созерцаемая у них сообща сила, но по причине неизменного обладания ею каждое из Лиц и [все] Они вместе зовутся силой. «Ибо если по сущности Сын неизменно имеет, — согласно великому Василию, — то будет неизменно иметь и по силе: а у кого сила равна, у тех всяко равна и энергия, ибо Христос — Божия сила и Божия премудрость [1398]» [1399]. И по божественному Кириллу: «Равен по мощи Дух Святой и единосущен Богу, имея божественную энергию в Себе Самом от природы» [1400]. И по великому Дионисию: «Бог есть Сила, как в Самом Себе всякую силу имеющий заранее и в превосходной степени» [1401].

66. Таким вот образом каждое из них в отдельности и три вместе зовутся одной силой и энергией. Силой и благолепием Сына зовется Отец, по божественному псалмопевцу Давиду [1402] и Нисскому священноявителю Григорию, так как от Него Сын имеет ко всему прочему и силу. Силой и энергией Отца зовется Сын, как от Него сущий, но не являю{стр. 311}щийся Им по ипостаси. «Ибо силой является Сын, как и Отец [1403], — говорит всевеликий Афанасий, — но чтобы было показано, что Он не есть Сам Отец [1404], поэтому Он — сила и энергия Отца. Ибо Отец — не от кого–то, а Он от Отца имеет [1405] то, чтобы быть силой», и опять: «Если в Сыне воля Отца, то как возможно и Ему стать в воле и намерении Отца? Ведь необходимо, чтобы и намерение о Нем в некоем другом слове состоялось [1406], имже бы и Он бысть [1407]. Ибо намерение Отца обнаруживается, будучи не в приходящем в бытие, но в том, благодаря чему» [1408]. Намерением же он здесь наименовал мудрость, как он и сам дальше разъясняет, когда говорит: «ибо как крепость и утверждение — одно и то же, так и совет и разум [1409], что [все] есть Господь» [1410]. Но ты видишь, к кому это слово, что оно к тем, кто несмысленно мыслит Сына творением? И какое отношение это имеет к нам, когда мы утверждаем, что не только божественная сущность, но и божественные силы и энергии нетварны, и за это подвергаемся нападкам от Акиндина и Варлаама? Замечаешь ли ты и то, почему один лишь Сын есть сила и энергия, и мудрость Отца? Потому что Он в Себе имеет Отчую мудрость, желание и силу — не подобную, но ту самую. Поэтому опять говорит он же: «Премудрость говорит: мой разум, моя же крепость, мой совет и утверждение [1411]. Значит, Сам Он — живой совет Отца, и Он назван волей Отца. Ибо так подобает изобличать их, мыслящих о Боге человеческое: ведь таким образом Сын будет не в числе тех, что приходят в бытие благодаря намерению» [1412].