«Косиор С. В. в начале следствия назвал Постышева в числе участников военного заговора на Украине, затем от этих показаний отказался, а впоследствии снова их подтвердил. В деле ][346 Косиора имеется заявление Антипова Н. К., в котором он утверждает, что между Косиором и Постышевым были весьма ненормальные личные отношения и что Постышев не входил в общий центр контрреволюционных организаций на Украине. При таком положении показания Косиора о Постышеве вызывают серьезные сомнения в их правдоподобности».[481]
Но сам Постышев не остался в долгу и тоже выступил с разоблачениями Косиора:
«Постышев признан виновным в том, что он с 1934 года являлся членом центра контрреволюционной правотроцкистской организации, действовавшей на Украине, и вместе с Косиором и другими участниками организации проводил вредительско-подрывную деятельность.
Постышев признан виновным также в том, что он с 1920 года являлся агентом японской разведки, которой до дня ареста передавал сведения, составляющие государственную тайну СССР.
На предварительном следствии и в суде Постышев виновным себя признал, однако изложенные в протоколах допроса Постышева факты при проверке не подтвердились.
Так, в „показаниях“ Постышева указано, что по контрреволюционной работе он лично был связан с Балицким В. А,
В таком же контексте Постышев и Косиор упоминаются и в реабилитационных материалах на В. Я. Чубаря и К. В. Сухомлина:
«Обвинение Чубаря в принадлежности к правотроцкистской организации основывалось на косвенных показаниях арестованных Антипова,
Обвинение Сухомлина в принадлежности к правотроцкистской организации и японской разведке основывалось на по][347казаниях арестованных Тягнибеды, Марчака, Шумяцкого, Ермоленко и др., которые ссылались на
Несколько слов о Чубаре сказал в своих воспоминаниях Каганович:
«Общее настроение, общественное мнение было такое, что это было невозможно. Я защищал Косиора, Чубаря, но когда мне показали целую тетрадь, написанную Чубарем, его показания, его почерком, я руками развел!..
Устраивали очные ставки. Сталин говорил: „Проверьте“. Проверили так Косиора, Чубаря — спасти их не удалось».[484]
