Большая огороженная территория, куча всякой техник, наверняка склады с оружием и провизией. Неплохи им тут будет, в случае если эпидемию не прекратят. По крайней мере, намного лучше чем тем же горожанам. Небольшие сельские поселения смогут продержаться, а вот городам хана полная. Скученность населения и прекращение поставок продовольствия сделают свое дело. В городах будут царствовать зомби.
Пока мы стояли, я умудрился дозвониться по Палыча, телефон Аленки
Трубку взяла Алевтина:
— Привет, Сашенька, сейчас трубку твоей ненаглядной передам.
И сразу же без перерыва:
— Саша, ты где? Ты скоро будешь? Я твои СМСки поучала, спасибо тебе. А то тут совсем места себе не нахожу. Ты представляешь. У нас тут соседи обернулись.
У меня все похолодело внутри.
— Утром собаки сильно лаяли. Я вышла их успокоить, а Беловы около нашего забора состоят вчетвером. Я Валентина Павловича позвала, он их всех застрелил. Милиция на вызовы не приезжает. В городе не понять, что твориться. По телевизору происходящее начали показывать. Всех успокаивают, просят дома сидеть и на улицу не выходить.
— Не переживай, солнышко. Нам еще часа два или три ехать все от дороги зависит. Со мной все в порядке. Как ты? Как дети?
— Мы все дома сидим. Позавчера вечером и вчера на все деньги продуктов и медикаментов накупили. Точнее Валентин Павлович с Алевтиной Ивановной куда-то на базу несколько раз на газели ездили, а я дома с детишками была. Нам тут Артем с друзьями помогает. Они тоже закупаться ездили. Много всего привезли.
— Все замечательно. Ты просто молодец у меня.
Связь опять прервалась.
Минут через десять вышел капитан с десятком солдат.
— Вас запускать не будем, сейчас по быстрому выгрузим и отпустим, — он улыбнулся и протянул мне картонную коробку из-под обуви. — Это вам пригодиться.
Я заглянул в коробку, там лежали, связанные бечевкой и блестящие смазкой, пустые обоймы для СКС. Еще там лежала пачка патронов для макара. Вот спасибо. Теперь живем!
Они выгрузили и унесли привезенные с нами вещи семьи майора. Четверо солдат вытащили раскладушку с хорохорящейся старушкой и бережно понесли ее через открывшиеся ворота КПП.
— Удачи вам мужики. Спасибо за помощь.
— Удача нам понадобится. Может, зачтется нам когда-нибудь, то что вас довезли.
Мы пожали друг другу руки.
День неумолимо катился к вечеру. Отъехав от части километров пять мы остановились и перегруппировались. Равиль почистил карабины и зарядил их за то время пока мы возились с семьей майора. К тому же он уже успел мобилизовать электронщиков набивать патронами из цинка обоймы для СКСов. Все СКСы казались в идеальном состоянии и полной боевой готовности. Карабины распределили по одному в каждую кабину. Равиль провел экспресс курс по обучению обращения с СКСом. В кабину к Тимуру посадили Бориса, как единственного прошедшего в ВУЗе военную кафедру и обладавшего стрелковыми навыками. Остальные электронщики никакой даже минимальной военной подготовкой не обладали. Двустволку двенадцатого калибра забрал себе Карл Людвигович на правах старого заядлого охотника. Набитые обоймы рассовали по бардачкам. У СКСов были несъемные магазины, которые заряжались с использованием обоймы, когда карабин стоял на задержке. Во время остановки я вдруг обнаружил, что вместо бушлата, выданного мне прапорщиком в госпитале, я по ошибке надел бушлат покойного майора, когда был у него в доме. Учитывая эмблемы и знаки различия на бушлате, я выглядел как полноценный майор российской армии.
Перед выездом мы заправили баки под самую пробку на всякий случай.
Я гнал Урал со всей возможной скоростью. Беспокойство за семью захлестывало меня с головой. Равиль дремал, зажатый между мной и Вадимом. Тефтель категорически отказался ехать в кунге, и мы оставили его в кабине. Но Вадим оказался полезен. Он показал путь, как можно срезать значительный кусок дороги. Так мы катились по второстепенным дорогам. За сто метров до выезда на федеральную трассу мы проскочили какую-то заезжаловку для дальнобойщиков и просто проезжих. Весьма нетипично для таких заведений общепита, но около заезжаловки практически не было машин. На просторной парковке уныло стоял одинокий красный джип, забрызганный грязью по самую крышу, а вплотную к торцу здания стояла старая трехдверная нива.
Вадим вдруг неожиданно засуетился и начал кричать:
— Стойте, стойте. Там Анатолий Николаевич. Скорее остановитесь, мы их уже проехали.
Я уже повернул направо и выехал на трассу, так что желания останавливаться у меня никакого не было. «Обойдёшься. Мне домой надо» — подумал я и добавил газа.
