Влияние окружающей среды особенно явно прослеживается у низших организмов. Если растения переместить с низин в высокие горы, они разовьют короткие стебли; листья полуводных растений, расположенных под водой, отличаются по форме от листьев тех же растений, расположенных на поверхности. У культурных растений тычинки превращаются в лепестки. При соответствующем подходе растения можно превратить в карликовые или, наоборот, подстегнуть их рост. Всякое растение устроено таким образом, что в определенных условиях оно обретает определенную форму. Микроорганизмы столь разнятся в зависимости от условий среды, что порой установить, что за вид перед вами, становится весьма затруднительно.
Возникает вопрос, встречается ли такого же рода изменчивость среди высших организмов. Создается впечатление, что их устройство обусловлено не средой, а наследственностью. Молодняк грейхаунда суть грейхаунд, шортгорнской коровы – шортгорнская корова, серой крысы – серая крыса. Ребенок европейца есть европейский тип, ребенок китайца – монголоидный тип, ребенок африканца – негроидный.
Между тем при глубоком исследовании становится ясно, что строение и размер тела определяются не только наследственностью. Из сведений о росте людей середины прошлого столетия видно, что почти во всех странах Европы средний рост увеличился более чем на два сантиметра. Впрочем, это нельзя назвать убедительным доказательством того, что изменения действительно имеют место, ибо благодаря улучшениям состояния здоровья населения изменился его состав. И хотя маловероятно, что именно это послужило причиной увеличения среднего роста, все же это можно допустить. Более убедительным доказательством послужат изменения в росте поселившихся в Америке потомков европейцев. В данном случае мы видим, что дети переселенцев самых разных национальностей выше своих родителей, что, по всей видимости, объясняется лучшими условиями жизни.
Также было установлено, что строение тела зависит от рода занятий. Рука человека, занятого тяжелым ручным трудом, непохожа на руку музыканта, развивающего каждую мышцу своей руки по отдельности. Пропорции и форма конечностей зависят от того, в каком положении и как человек привык их использовать. Привычка восточных людей сидеть на согнутых ногах в некоторой степени изменила строение их тела.
Иные изменения объяснить хорошим питанием или образом задействования мышц не получится. Форма головы или лица – признак не вполне устойчивый и поддается влиянию окружающей среды, в которой живет человек, отчего после переселения в новую среду ребенок будет несколько отличаться от своих родителей.
Рассмотренные выше изменения незначительны и не меняют глубинный характер наследственных форм. Однако пренебрегать ими нельзя. Нам неведомо, насколько значительны будут порожденные такими изменениями метаморфозы, равно как мы не можем утверждать наверняка, что, вернувшись в прежние условия, человек не утратит обретенные признаки. Хотя негр никогда не будет выглядеть как европеец, не исключено, что некоторые незначительные различия между населением разных европейских стран обусловлены скорее средой, чем наследственностью.
До сих пор мы говорили единственно об анатомическом устройстве рас, чтобы добиться более четкого понимания того, что подразумевается под понятием расы. Возможно, будет нелишним повторить, к чему мы пришли в ходе наших рассуждений.
Мы обнаружили, что понятие «расовая наследственность» применимо строго в том случае, когда определенные анатомические особенности присущи всем представителям расы. Во всякой расе, если рассматривать ее целиком, семейные линии заметно различаются по своим наследственным признакам. Распределение семейных линий таково, что многие из тех, кто в одном или нескольких отношениях похожи или даже тождественны, встречаются на прилегающих друг к другу территориях. Туманное представление о типах, извлеченное из нашего повседневного опыта, не доказывает, что это суть биологически различные расы, а вывод о том, что разные популяции состоят из представителей разных рас, субъективно понятен, но объективно недоказуем. Особенно непозволительно ставить в один ряд типы внешне одинаковые, но встречающиеся в популяциях с разным составом. Каждого конкретного человека надлежит рассматривать только как члена его группы.
Нам представляется, что эти замечания необходимы, ибо они вносят ясность в то, как применяется понятие расы, обычно расплывчатое. Говоря о наследственности, мы, как правило, имеем в виду семейные линии, а не расы. Наследственные черты семей, составляющих даже самую однородную популяцию, весьма сильно разнятся, а от соседних популяций, производящих порой совершенно иное впечатление, они отстоят не так уж и далеко.
