— Ты говоришь, как найти наемников, пишешь записку и назначаешь им встречу, описываешь, как выглядит твой этот… Ильяз и тогда я буду милостив… Я дам тебе противоядие и передам в руки жандармов…
В груди появилась надежда, пока еще робкая, но она крепла с каждой секундой… Жандармы — это не страшно… Это не смерть сейчас… Главное противоядие, а там я придумаю, как избежать наказания и повернуть все в свою пользу, выставив себя невинной овечкой, а этих ублюдков преступниками… Потребовать проверить кровь, остатки яда найдут и я смогу это потом использовать… Да и местные жандармы — это глупые и тупые свиньи, которых можно обвести вокруг пальца… Главное, противоядие…
Ильяз? Да и хрен с ним! Мелкая сошка, исполнитель, которых потом можно будет найти много… Главное, сейчас спастись, а потом залижу раны и придумаю, как всем отомстить… Главное сейчас…
Я не готова умирать…
Впилась глазами во флакон:
— Обманешь!
— Даю слово.
— Дай противоядие, и я все напишу.
— Нет, сначала дело, потом получишь!
— Хорошо, давай лист и диктуй!
Потом он мне диктовал записку. Я писала, а буквы плясали перед глазами. Часы на стене отмеряли оставшееся время, и я спешила. Потом рассказывала, как найти охранника и как он выглядит, с кем договаривался…
А когда вопросы закончились, протянула руку за флаконом.
Но его уже не было на столе, он был в руках моего горе-мужа… Еще одна скотина, которой я обязательно отомщу за то, что произошло сегодня…
— Дай!
Фальке покрутил в руках флакон, потом открыл его и только я хотела его выхватить, как отставил руку в сторону и вылил его содержимое на дощатый пол.
Бросилась на пол и стала слизывать жидкость с досок. Но, чертова развалюха, в которой на полах было так много щелей!
Вся драгоценная жидкость протекла в щели пола и мне досталась лишь самая малость.
Подняла голову и зарычала, смотря на этого ублюдка…
И услышала Савойского:
— Мартин, её должны были судить, и я обещал отдать ей противоядие…
— Командир, то ты обещал, но не я… Она подняла руку не только на твоего ребенка, но и на моего. И я считаю, что я вправе вынести приговор, даже если мне потом придется отправится на каторгу…
Они что-то еще говорили, смотря на то, как я мучаюсь, но я уже не слышала… Мышцы парализовало и сознание провалилось в темноту…
НЕНАВИЖУ!!! КАК ЖЕ Я ВАС ВСЕХ НЕНАВИЖУ!!!
Мартин
Смотрю на валяющееся около ног тело женщины, которую взял себе женой и которую обещал защищать и о которой обещал заботиться.
И вот она мертва, а я даже не чувствую угрызений совести. Это же надо, чтобы на такой ангельской внешностью скрывалась такая ядовитая гадюка?
Никогда бы не подумал, а оно вон как…
Нет, характер свой избалованный она мне тут показывала, вела себя, как будто королева, которая осчастливила своего подданного, но так себя вести она стала не сразу, а когда слегка обвыклась.
Но я все это списывал на воспитание, относился к этому с терпимостью, все жалел её, дуру малолетнюю…
Эдвина принял как родного, даже обрадовался в чем-то. Думал, вот, была одна дочка, а теперь еще и сын будет…
Когда увидел командира, настроенного решительно, сразу понял, что случилось что-то серьезное, а когда выслушал его…
Я сам отец и чуть дочку свою не потерял. Что могло в тот день случится? И ведь не спросишь, так как говорить перестала моя малышка. Все сидит и в одну точку смотрит…
Дал добро, чтобы он допросил мою супружницу и даже не думал, сколько дерьма из её красивого рта посыплется…
А эта змея все плевалась ядом, а потом еще и дочку мою вспомнила! Ну вот чем, чем ей не угодила маленькая девочка??? Тем, что ей хотелось тепла и она пыталась найти его у неё???
Знаю, лорд Даниэль хотел для неё принародного суда, а потом казни, но… Я тоже отец и для меня был только один вариант дальнейших событий — чтобы она захлебнулась своим ядом…
И на тот момент я даже не думал, что своим поступком оставлю свою кроху сиротой, так как меня уж точно отправят на каторгу… Я просто вылил всё противоядие и спокойно смотрел, как эта тварь лизала грязные доски пола…
Когда же она затихла и её глаза стали стеклянные, в комнату заглянул охранник лорда Савойского и сообщил, что прибыли жандармы.
Выслушав ответ Савойского, он кивнул и вышел, а я обратился к командиру:
— Лорд Даниэль, моя дочка…
— Тихо!
Даниэль быстро встал, подошел к телу змеи и склонившись над ней, вложил ей в руку флакон, в котором был яд, после чего встал и сказал:
— Молчишь и только мне поддакиваешь!
Ничего не понимая, я уставился на него, но в этот момент в комнату вошел один из прибывших жандармов и с удивлением уставился на лежащее тело.
Герцог вернулся к своему месту за столом и обратился к жандарму:
— Госпожа Фальке покончила с собой, когда узнала, что нам стало известно об её преступлении. Можете сделать анализ вещества из флакона, который она зажимает в руке. Тело подготовить к кремации… И да, ознакомьтесь с этим…
Командир достал из кармана какой-то бланк и дал его прочитать служивому. Не знаю, что там было, но тот аж в лице изменился, после чего уважительно вернул бланк командиру и вытянулся перед ним по стойке «смирно»:
