- О, ему будет не до того, уверяю вас. Ещё до утра случится множество событий, которые отвлекут его от этой маленькой смешной девочки-невесты.
Маленькая смешная девочка? Это он о ком вообще? Анжелика в мыслях Антуанетты была чем-то огромным, тяжёлым, неодолимым. И это ещё Антуанетта ни разу не видела её за какими-нибудь серьёзными магическими действиями - кроме зажечь огонь и согреть воду.
- И... что вы хотите, чтобы я сделала? - надо же узнать, от чего отказывается.
- Всего-то прикрепить вот эту брошь к платью госпожи Анжелики, - Жиль достал из поясной сумки невероятно красивую брошь с зелёным камнем и протянул Антуанетте. -Берите. Если она будет спрашивать - вы всегда можете сказать, что это, наверное, подарок от поклонника, и даже не солжёте. Вы ведь, наверное, всегда правдивы?
- Стараюсь.
- И хорошо. Берите, берите. Только себе не оставляйте, хорошо? Вам это не нужно. И для того, чтобы убедить вас в искренности моих намерений, я отдам вам кое-что, - Жиль достал из той же поясной сумки кожаный мешочек очень знакомого Антуанетте вида и вложил ей в руку.
- А если я не возьму вашу брошь? - проговорила она дрожащим голосом.
- Значит, не возьмёте, - согласился он. - Но я советую вам ещё раз подумать. Посмотрите на мешочек, подержите его в руках, раскройте. И дайте мне правильный ответ.
Антуанетта раскрыла мешочек - и не сдержала слёз. Сапфировые серьги матушки, её же подвеска в ажурной иноземной оправе - подарок отца. И перстень, который отец носил, не снимая, и который таинственным образом исчез накануне похорон. Тогда она совсем ничего не соображала от горя, а разные наполнившие дом родственники думали только о том, как бы урвать себе что-нибудь из их и так невеликого имущества.
- Где вы взяли эти предметы? - она даже и не пыталась вытереть слёзы, прижимала мешочек к сердцу и ревела.
- У тех людей, которые изъяли их у ваших покойных родителей, - он даже слегка поклонился. - Забирайте и прячьте. Это вам - вне зависимости от того, что вы мне ответите. Это не оплата за услугу, это мой жест уважения по отношению к вам.
Антуанетта убрала мешочек, вытерла слёзы платком, убрала и его тоже.
- Давайте вашу брошь. Что с ней нужно сделать?
- Прикрепить на платье госпожи Анжелики. Сегодня, сразу же, как вы вернётесь с бала домой.
- Хорошо, я сделаю это, - Антуанетта взяла брошь с его раскрытой ладони, бросила в сумку, поднялась и убежала обратно в зал.
Она думала, её потеряли, но нет - там снова Орельен и Жакетта, и, кажется, ссорятся. Где его преосвященство Лионель, где его высочество Анри? Анжелики нет, нет и Саважа, где они все ходят?
Они не вернулись даже к последнему танцу. А вернулся только Саваж, и скомандовал Марселю - проводить Антуанетту домой. И слава богу, оставаться во дворце уже не было никаких сил.
Дома Мари сообщила, что его высочество ещё днём распорядился паковать вещи и отправлять их в Лимей. И она почти всё упаковала и отправила - кроме трёх платьев, и белья, и вот здесь ещё, посмотрите. Кошка Мими тоже уже уехала в Лимей. А люди покинут городской дом сразу же, как только соберутся во дворце.
Антуанетта зашла в комнату Анжелики - вещи той тоже упаковали и отправили. Но... на кровати лежало зелёное платье, её любимое. Наверное, его оставили, чтоб она надела его в дорогу.
Она подошла, потрогала сукно и вышивку. приколола брошь к лифу, убежала к себе и снова разревелась, сжимая в руках потёртый кожаный мешочек.
Приглашение Марго оказалось для Лики спасением.
И почему ей так больно? Она что, влюблена в Анри? Или это просто ущемлённое чувство собственности?
Или просто надо вести себя по-человечьи, раз решил жениться? Как говорит Марго -хранить доброе имя друг друга. Ага, хрен там, а не доброе имя! Ну блин же, я ж тебя тоже не люблю, но я ж не вешаюсь на всех мужиков подряд? А могла бы, между прочим. Не знаю, поддался бы Лионель, или нет, но уж наверное нашёлся бы тот, кто поддался.
- На вас лица нет, - шепнула Марго. - Кто вас так?
- Я застала жениха с Офелией. В процессе, так сказать, - Лика тоже говорила шёпотом. -Не знаю, почему не убила на месте, наверное, Саваж не дал.
- Он был с вами?
- Да, я сдуру потащилась, получив записку, но догадалась пойти не в одиночку.
- В одиночку сейчас никому лучше не ходить, - покачала головой Марго и пожала Лике руку.
У себя Марго тут же распорядилась нести вино и закуски, и предложила на выбор -танцевать дальше, жмурки - или играть в еретика. Все захотели в еретика, было их там человек десять, то есть - один круг игры происходил быстро. Играли на желания - первый вышедший с проигравшего, и вот проиграла Лика, а первым вышел Луи д’Эме. Он поманил её в соседнюю комнату.
Лика встала и пошла. Ей в спину кто-то закричал, что так нечестно, надо при всех, Лика уже хотела было запустить в говорившего магическим осветительным шаром, или хотя бы плеснуть водой, но Марго строго сказала, что раз желание господина д’Эме, то он и решает, как его выполнить. И тут уже не возражали.
