Джерри и Анжелину ждал столик в центре зала. Метрдотель отодвинул ей стул, развернул салфетку и положил рядом с тарелкой роскошное меню в кожаном переплете. Анжелина не могла прийти в себя от волнения.
– Джерри, все это так удивительно. Ребята, вы просто бесподобны.
Джерри, едва заметно улыбнувшись, любовался сияющим лицом Анжелины.
– Ты это заслужила, – произнес он. – Да и парнишка тоже.
– Откуда ты знаешь, что это парнишка? Может, родится маленькая балерина.
– Не спорь и начинай красить детскую в голубой цвет. У меня предчувствие.
– О, тогда дело решенное, – расхохоталась Анжелина.
– Говорю тебе – я никогда не ошибаюсь.
Официант принял заказ. Анжелина поудобнее устроилась на стуле.
– Джерри, так ты занимаешься строительством, верно? Я тоже работала в строительной фирме.
Джерри чуть подвинул букет в центре стола, чтобы лучше видеть Анжелину.
– Ага, я ремонтирую дома. Покупаю задешево, делаю ремонт, привожу в порядок и продаю с прибылью. Такая вот идея. В прошлом году продал три штуки, так что дела идут неплохо.
– Ух ты, вот это да.
Принесли «эрл грей», Анжелина некоторое время помешивала ложечкой в чашке, прежде чем перейти к следующей теме.
– Можно я задам вопрос. – Она посмотрела прямо в глаза Джерри: – Ты сегодня был такой милый, так возился с игрушками, а сам не собираешься все же найти девушку и жениться?
– Не-а, – хохотнул Джерри, бросая в чашку пару кусков сахара. – Это не для меня. Я слишком привык к холостяцкой жизни.
– А что ты имеешь против брака?
Джерри одним глотком осушил изящную чашечку из китайского фарфора, тут же налил еще.
– В целом, ничего. Но… знаешь, старики развелись сразу после смерти моего брата.
– Прости.
– Да, честно говоря, они никогда особо не ладили.
– Печально.
– Пожалуй. И знаешь, что меня особенно доставало? Галстук.
– Какой галстук? – не поняла Анжелина.
– Отцовский галстук. Он работал продавцом и каждый божий день нацеплял этот галстук, уходя на работу. Надевал, едва встав с кровати, и снимал, ложась спать. Даже по выходным он его таскал. Сколько себя помню, он всю жизнь делал то, что от него требовали, – взвалил весь мир себе на плечи и волок, пока тот его не доконал окончательно. И галстук этот всегда казался мне его уздой, кандалами.
Анжелина не могла разобрать, чего больше звучало в его словах – восхищения или разочарования.
– Он умер пару лет назад. И вот я рассматривал старые фотографии мамы с папой, еще до свадьбы. Никаких галстуков. Ни одного фото молодого отца в галстуке. И я все понял.
Анжелина не решилась пошутить, уж слишком серьезен был Джерри.
– Выходит, ты не любишь галстуки.
– Просто не готов надеть на себя эту штуку.
Но Анжелина все же хотела окончательного подтверждения.
– Никто же не говорит, что ты обязан носить галстук, – примирительно сказала она.
– Ну и ладно.
– Только в день свадьбы. Тут, пожалуй, лучше надеть.
– Вероятно, – усмехнулся он. – Ради своей единственной я, может, и надел бы галстук. Увидишь на мне галстук – и сразу все поймешь, договорились?
– Договорились. – Анжелина, скрывая улыбку, поднесла чашку к губам.
Как раз вовремя подоспел официант с тележкой, на которой красовался серебряный поднос с чайными сэндвичами всех форм и размеров – с маринованной рыбой и куриным салатом, с копченым лососем, мягким сыром и веточками кресса, перемежаемые крошечными лепешками, разноцветными тарталетками и птифурами. На стол официант торжественно водрузил вазочку взбитых сливок, свежее масло и блюдо клубники, глазированной шоколадом.
– Приятного аппетита, – прошелестел он, удаляясь.
– Боже правый! – выдохнула Анжелина. – Какая красота!
– М-да… – Джерри явно не разделял ее восторга. – Мне казалось, мы заказывали сэндвичи?
– Но это и есть чайные сэндвичи. – Она подхватила миниатюрный кусочек ржаного хлеба с муссом из лосося. – М-м-м, вкуснотища.
– Ни картошки тебе, ни маринованных огурчиков, – пробурчал Джерри.
Анжелина потянулась за следующим сэндвичем – с салатом из цыпленка-карри.
– Мужчины ничего не понимают. Попробуй только. Он попробовал, одобрительно кивнул:
– Да, пожалуй. Вкусно. Еще восемьдесят три такие штучки – и по дороге домой нам не придется заскакивать за чизбургером.
Анжелина рассмеялась, но подумала, что, вообще-то, чизбургер – неплохая идея.
В конце концов, они ведь едят за троих.
