- Ну, вот и хорошо, все мне меньше рассказывать. А если кто не поверил, так это на самом деле было. В этой семье по женской линии обязательно с какими-нибудь особенностями, да уродится. Какая-то чертовщинка, да непременно будет. И в Виринее это было, только она об этом еще не подозревала. Ну вот, неспокойно стало на сердце у нашей красавицы, как в непогоду на море. И решила поделиться она своими страхами с любимым, а тот и сам уже неладное заприметил. И пошли они со своими догадками к отцу, тот выслушал их внимательно и принял решение. Чтобы уехали молодые от греха подальше к родственникам матери и пересидели там, пока этот иноземец не уберется с ихней земли восвояси. На том и решили. И накануне побега, в такой же чудесный жаркий день августа пришли молодые на эту скалу. Присели на свой любимый камень, и подарил Вивиан своей невесте вот эту шкатулку, сделанную из родонита. Родонит к слову будет сказано один из лучших женских талисманов. И к тому же это семейный камень, оберегает он семейные пары от всяческих невзгод. Так что знал Вивиан из какого камня дарить шкатулку своей любимой. И все бы было хорошо, если бы не прознал, каким- то образом граф о побеге. На этой скале наших влюбленных и схватили. Перед тем, как потерять сознание от ужаса видела Виринея, как убили ее любимого и сбросили с обрыва в море. И вырванная из ее рук шкатулка последовала вслед за хозяином.
Очнулась Виринея уже на корабле, который спешно готовили к отплытию. Сердце заходилось в груди у девушки от невыносимой боли и отчаянья. Не видать ей больше ясноокого своего Вивиана, не слышать его ласковых речей, не купаться в его нежном взгляде. Сидела она привязанная в трюме спрятанная от посторонних глаз. И находился возле нее неотлучно один из холопов графа. Отказывалась девица от еды и питья, и жить ей больше не хотелось. Минула ночь, в которую должен был совершиться побег. Не дождавшись вечером дочку, озадаченный отец в полночь пошел в условленное место. Лошади стояли на месте, провизия лежала нетронутой. Всю ночь просидел там отец, не желая верить в худшее. А утром направился на эту скалу, зачем и сам не знал. Просто пошел и все. Знал отец про это место, дочка ему рассказывала, да и сам частенько наблюдал влюбленных с того мыса. Подошел он к этому камню, - кивнул старик на надгробную плиту. - Только тогда это был просто камень, на котором любили сидеть молодые, и лежал он не в этом месте. Так вот, подошел отец к этому камню и стал внимательно осматриваться. И, конечно же, заметил бурые пятна крови на камне и котомку Вивиана, спрятанную между камней. И заколку дочери нашел он в густой траве. Заколку, подаренную ей женихом и сделанную им же. Со всей силы сжав заколку в кулаке, сел мужчина на камень и обхватил руками свою голову. Заколка острыми краями поранила ему руку, но не чувствовал телесной боли отец из-за боли душевной. И кровь из ран, вытекая из зажатой руки, стекала по щеке на подбородок, и там смешиваясь со скупой мужской слезой, светлела и падала в траву. Пришел домой мужчина, не узнала его жена. Поседел и постарел ее муж за прошедшую ночь. И отправился он на иноземный корабль и потребовал отдать ему дочь. На что ответил ему граф, что знать не знает где его беспутная дочка и по всему видать, что сбежала она со своим полюбовником Вивианом. День уже клонился к закату и пообещал отец прийти завтра поутру со своими людьми и обыскать корабль снизу доверху, а если понадобиться, то и разобрать его по бревнышку. « Не успеешь » - зловеще прошептал граф, когда отец вышел из его каюты. Той же ночью подпалили этот дом вместе с садом. Проследив, чтобы никто не смог выбраться из горящего дома, иноземцы вернулись на корабль и отчалили от берега. Отойдя от берега на приличное расстояние, отвязал граф пленницу и вывел ее на палубу. С моря было очень хорошо видно, как полыхает сад и дом. « Смотри! » - сказал ей граф. - « Ничего у тебя не осталось, ни родителей, ни жениха. Так что не ерепенься, а подчинись судьбе. Деваться- то тебе некуда! » Затряслась вдруг Виринея от увиденного, и услышанного. Рухнула на колени и страшно завыла. У команды кровь застыла в жилах от этого воя.
Испуганный граф, отступив от пленницы, в смятении смотрел на нее. А что он ждал, интересно? Отобрал у девчонки все разом, разрушил жизнь и думал, она в пляс от радости пустится? Мда...
