Веронике хотелось поболтать с Колдуновым, но нельзя было сразу показывать сотрудникам, что ее с новым главным хирургом связывают не только служебные отношения. Стоит ему остаться у нее в кабинете попить чаю, как он тут же будет зачислен в ее любовники! Поэтому она, выйдя в приемную, поручила секретарше показать Колдунову кабинет главного хирурга и учебную комнату.
А вернувшись в свой кабинет, Вероника обнаружила там Громова. Он расположился в кресле рядом с фикусом и вертел в руках сигарету, словно ожидая разрешения закурить.
– Я вас не задерживаю, – довольно грубо сказала она.
Но он и не думал обращать внимание на ее тон.
– Я насчет кофе. – Окинув ее своим нахальным взглядом, он широко улыбнулся.
– Обратитесь к моему секретарю. Она вам сварит.
– А как насчет поужинать вместе?
– Это исключено. И кстати, в моем кабинете не курят.
– Почему?
– Не люблю застарелый запах табака.
– Нет, почему вы не хотите поужинать со мной?
– Я должна объяснять? – ледяным голосом произнесла она.
Поднявшись с кресла, он стоял и смотрел ей в лицо, и на мгновение Веронике показалось, что в его взгляде промелькнуло что-то похожее на тоску. Она решила смягчить тон.
– Или вы хотите, как в фильме «Служебный роман», приударить за начальницей, чтобы заслужить ее расположение? – улыбнулась она. – Так вам для этого достаточно повесить люстру.
– Я не хочу за вами приударить, – отчетливо произнес заместитель по АХЧ. – Я хочу другого. – С этими словами он откровенно уставился на ее грудь.
Вероника обалдела.
Мало того что этот немолодой пролетарий, недобросовестный работник и наверняка алкоголик ведет себя совершенно разнузданно, так он еще смеет открыто заявлять о своих притязаниях – это уже просто не лезет ни в какие ворота!
Вероника всерьез задумалась, не дать ли ему по физиономии, но неожиданно в кабинет вошла ее сестра Надя.
– Я тут по делам, – улыбнулась она. – Вот и решила тебя навестить, посмотреть, как тебе работается.
Вероника удивилась. Сестра хочет мира и готова первая протянуть руку? Съехав с квартиры на Васильевском, Надя ни разу не дала о себе знать, и это тревожило Веронику. Но сама она тоже не звонила, боясь нарваться на скандал. «Наде больше нечего от меня ждать, а значит, незачем стесняться в выражениях», – думала Вероника. Выходит, она ошибалась, думала о сестре хуже, чем та есть на самом деле!
– Как я рада! – искренне сказала она. – Садись, сейчас я скажу секретарше, пусть приготовит нам чаю.
– Узнаю Веронику, – засмеялась Надя. – Самой заваривать чай, конечно, ниже твоего достоинства.
– Просто я не хотела портить деловой вид кабинета чайными принадлежностями, – смущенно сказала Вероника и тут же рассердилась на себя: она давно уже взрослая самостоятельная женщина, с какой стати она оправдывается перед сестрой?
– Ну-ну… – Надя обошла кабинет, разглядывая обстановку. – Ладно, не затрудняй секретаршу, я чай не буду. Я домой спешу, мне еще ужин семье готовить.
«Наверное, она сказала про семью безо всякого умысла. Просто меня, озверевшую от одиночества, больно задевают любые напоминания о нормальной человеческой жизни».
– Ты бы заехала к нам, Вероника. Понимаю, после того как ты вышвырнула меня вон, тебе неловко, но мы родные люди и должны прощать друг другу. Так что я не сержусь.
– Спасибо.
– Не надо иронизировать. Я действительно простила тебя. Я всегда знала, что ради своего счастья ты пойдешь на все, тебя с детства заботили только собственные интересы, ты готова была идти к цели по головам и по трупам, но ты – моя сестра, и я принимаю тебя такой, какая ты есть. Как, кстати, у тебя дела? Скоро свадьба?
– Пока мы еще не подавали заявление. К чему эти формальности?
– Да, конечно. Хотя я считаю, что если люди любят друг друга, то они стремятся узаконить отношения. И что, вы живете вместе?
– Нет еще. – Веронику тяготил этот допрос, но ей не хотелось ссориться с сестрой, ведь та пришла с миром. – После твоего отъезда пришлось срочно делать ремонт, – все же не удержалась она от шпильки. – Я смотрю за рабочими, а Дима сейчас готовится к конференции, он не может жить среди бардака.
– Ясненько. Ну я побегу, столько дел. Загляну к тебе на днях, посмотрю, как ты с ремонтом управляешься.
Оставшись одна, Вероника закурила прямо в кабинете, хотя твердо решила никогда этого не делать, о чем только десять минут назад сообщила своему заместителю по АХЧ. «Куда, кстати, он делся? – рассеянно подумала она, но ее мысли тут же переключились на визит сестры. Этот визит оставил тягостное впечатление. – Ну почему у нас такие натянутые отношения? – спрашивала она себя. – Надя постоянно наблюдает за мной, оценивает, как судья, все мои поступки и выносит вердикты. Но кто дал ей право судить меня, причем так несправедливо? Ведь еще в детстве мои даже самые мелкие проступки становились в ее глазах признаками страшных недостатков!..»
