Теперь Реликтаун – мертвый город. Проклятый. Опустошение убило почти всех его жителей, но здания погрузило в стазис, поле замедленного времени. Никто не берется предположить, сколько оно продержится, и когда энтропия снова коснется крупнейшего города Парифата.
И это только самая страшная из трагедий. Число погибших перевалило уже за миллиард. И еще неизвестно сколько сбежало от ужасов войны за Кромку.
Провинция Ирвия эвакуировалась вообще целиком, со всеми двадцатью миллионами жителей. Еще вчера этот обширный остров лежал на своем месте, с городами и порталом – а сегодня там плещется только океан. Две сотни волшебников устроили заговор, втайне осуществили ритуал – и просто перенесли кусок пространства... куда-то. Попробуй найди их теперь.
Впрочем, в бегстве ищут спасения все же немногие. Парифат давно прекратил сообщение с варварскими мирами. Эльфы еще могут найти приют в блаженном Тир-Нан-Ог, а остальным куда? Беженцев везде ждут либо закрытые двери, либо голодные звери. Большинство предпочитает переждать тяжкие времена на родине, в лучшем из миров... еще совсем недавно он имел полное право так называться.
Почти все члены Конклава тоже понесли потери в этих двух войнах. У Лунарды погибли оба мужа и старший сын. У Акк-Ва – внук со всей семьей. У Мородо – брат и сестра. У Оксатти – престарелые родители. У Оопсана – четверо детей. У Даскомедаля – очень близкий друг.
И только Ильтокелли никого не потерял, ибо терять давно уже было некого.
- Кого будем обезглавливать первыми? – спросил Оксатти, подходя к Оопсану, Лунарде и Ильтокелли. – Имперцев или республиканцев?
- Они усвоили урок, - гортанно произнес Даскомедаль, тоже вышедший из шатра. – У них больше нет единого центра.
Это все и так прекрасно знали. Конклав почти полгода готовил финальное решение. После долгих и безуспешных попыток примирить рвущий самое себя Парифат, семеро советников пришли к неизбежному выводу – придется снова прибегнуть к ампутации. Вырезать гноящиеся язвы, истребить тех, кто уже точно не угомонится – и взять власть в свои руки.
Всю на этот раз власть, без исключений и ограничений. Без оглядки на конгресс, без умасливания Медных Магов. Без... насчет Колдующего Императора Конклав все еще не пришел к консенсусу. Ильтокелли, Акк-Ва и Оксатти считали, что следует все-таки короновать какого-нибудь достойного юношу. Лунарда, Даскомедаль и Мородо не видели в этом нужды.
Оопсан пока что воздерживался.
Но это все можно будет решить потом. А три дня назад Ильтокелли наконец-то закончил калибровать Апофеоз.
И на этот раз ему помогали все остальные. Оксатти с помощью уже действующей Спектральной Сети вычислил сигнатуры лидеров обеих основных группировок. Лунарда позаботилась о том, чтобы удар был точечным и рассредоточенным. Акк-Ва сотворила для Апофеоза усилитель, чтобы тот накрыл всю планету. Мородо обеспечил безопасность им самим, запечатав холм неразрушимым экраном. Даскомедаль организовал незримую систему охраны.
И теперь они семеро стояли перед Апофеозом и ждали назначенного часа. Они дали конгрессу трое суток, чтобы выполнить ультиматум. Чтобы прекратить боевые действия и вступить в переговоры.
Как же их это взбесило. Что имперцев, что республиканцев. Многие перетрусили и сложили оружие – и их сигнатуры были исключены из задачи для Апофеоза. Но многие другие не пожелали сдаваться.
Они все – великие волшебники, и гордость льется у них из ушей. После двух лет войны они на какое-то время объединились и теперь с пеной на губах разыскивают Конклав, разыскивают Апофеоз. Желают уничтожить их, чтобы потом снова вцепиться в глотки друг другу.
К сожалению, не только члены Конклава знают, где находится Апофеоз. Это стационарный артефакт – и очень крупный. Куда-то его перенести сможет разве что морградант.
А сделать это волшебством невозможно. Эта штука от него полностью экранирована. Необнаружима, как и малые чакровзрыватели, неподвластна прямому мановому воздействию и почти что неуничтожима.
Почти что. У Бриара Всемогущего было ультимативное заклинание Абсолютной Неуничтожимости. Оно сгинуло вместе с ним, он не заносил его даже в Криабалы – но Оопсан сумел его частично восстановить. Он дополнил идеи Бриара собственными и создал собственный вариант Абсолютной Неуничтожимости.
Вчера Оопсан применил его на Апофеозе.
К сожалению, пока что оно работает только с неодушевленными объектами. Если применить на одушевленном... побочные эффекты довольно неприятные. Требуется доработка. Но этим Оопсан займется уже потом – когда закончится война, когда Парифат успокоится, вернется к нормальной жизни.
Возможно, тогда он наконец-то выйдет в отставку. Честно сказать, он страшно устал нести на плечах ответственность за целый мир. Это невероятно выматывает, а вознаграждается... чем это вознаграждается?.. Только безграничной властью – и для многих это, конечно, великий соблазн. Для многих власть как дурман – испробовав раз, они уже не могут без нее жить.
