— Посылая кому-либо проклятие, навредишь более себе, — Эвелин посмотрела на него. — Его звали Готфрид Райнер. Я знала про него абсолютно все. Знала имя, все его мысли, каждую клеточку его мозга. Нужно было лишь выведать место, где находится Рафаэль!
— Если ты знала имя, почему сразу не спросила про место! — спросил Марк. — Зачем все усложнять?
— Вы не представляли, что это был за человек, зато я прекрасно знала, кем был Готфрид. — Эвелин встала со стула. — Хочешь узнать про него несколько любопытно фактов? Хочешь, Марк? Если бы ты видел его злодеяния, ты бы пытал его как индеец тупигуарани. То, что сделала с ним я, было милосердием. Смерть от ножа в сердце — слишком легкая кара для такого беса.
— В чем он повинен, Эвелин? — Марку это было абсолютно неинтересно.
— Помнишь, Габриэль говорил, что на трассе пропадало много машин? — спросила у него Эвелин. — Пропадали целые семьи! Взрослых убивал Стив с Эриком, а маленькими занимался Готфрид, — она посмотрела на мертвое тело. — Иногда патология человека кроется под маской нормальности. Готфрид любил насиловать маленьких девочек и разбивать их головы о камень. Видел пятна крови на камне, у которого ты нашел браслет? Это Готфрид убивал на нем детей. Дробил их черепа и кости…
— Откуда ты знаешь? — Марку такая информация показалась, довольно, сомнительной.
— Видела это собственными глазами! Если вся их свора приглядывала за мной и Габриэлем, то я следила за ними еще пристальнее. — Эвелин взяла в руки тряпку и стала вытирать засохшую кровь. — Чуть более месяца назад Габриэль нашел тело девочки. На вид ей было лет шесть-семь. Лицо было изуродовано, с головы снят скальп, уши и соски отрезаны, а с худеньких бедер снято мясо. Это свирепое убийство можно было приписать кому угодно, хоть зверю. Но зверь не оставляет напоминаний о том, что сделал. На спине девочки были написаны две буквы: Г.Р. Рассказать что-нибудь еще, Марк?
— Если пропадало так много людей, почему их не искали. В лесу находили изувеченные тела, а полиция ничего не делала? Как так? — негодовал Марк.
— На протяжении восьми лет полиция прочесывала лес вдоль и поперек, но не обнаружила признаков жизни ордена Апокрифос. Мертвые тела стали списывать на нападения диких животных, — голос Эвелин был ровным. — Теперь ты понимаешь, почему мне было важно узнать место!
— И где же они живут? — спросила Джесс.
— За водопадом у каньона. Водопад, который Рафаэль Даэнтрак романтично назвал Слезой. — Эвелин усмехнулась. — Ты думаешь, Марк, мне было приятно причинять ему боль? Я не моя сестра Маргарет. У меня нет к этому предрасположенности, в отличие от нее. Чтобы вытянуть из Готфрида информацию, мне нужно было стать жесткой!
«Жесткой» — подумала Джесс. — «Скорее жестокой. Жестокость — крайняя степень жесткости!» Вслух Джесс решила озвучить другие мысли.
— То есть сейчас ты оправдываешь свой поступок! Так получается, Эвелин?
— Я смотрю, вы оба не понимаете нашу жизнь, — Эвелин повысила голос. — Что бы сделали вы? Напоили, накормили, поговорили и отпустили? Спустя пару часов сюда заявился бы сам Рафаэль, забрал вас обоих, а меня повесил бы на дереве. Вы что, не понимаете, как нам повезло, что он попал в капкан и не добрался до Джеймса с Рафаэлем!
Марк молчал, а Джесс сверила Эвелин ненавистным взглядом. Обстановка была скверная. По всему лесу их разыскивают люди, а они стоят возле трупа и орут друг на друга. Если Эвелин узнала местонахождение ордена, то появился слабый шанс. Все, что требовалось — попасть в ближайший полицейский участок и сообщить необходимые данные. Вся загвоздка заключалась в том, что нужно выбраться из леса. Ночью.
— Что будем делать с телом? Здесь мы его явно не оставим, — спросила Джесс.
— Ночью отнесем куда-нибудь, — сказала Эвелин, несмотря на Джесс.
— Просто возьмем и бросим? — недоумевала Марк.
— Готфрид Райнер взял и бросил в этом лесу, по меньшей мере, восемь ребятишек. Да, Марк! Мы просто выкинем его, как кусок мяса. Так, вы оба, — Эвелин встала между ними. — На улицу — ни шагу. Как станет еще темнее, выберемся, чтобы выкинуть тело, а потом подумаем, что делать дальше.
— Нужно попасть в полицейский участок в Сентлере! — Марк не желал успокаиваться.
— Ты быстрее попадешь под нож, чем в полицейский участок. Сядьте в угол и сидите! Тело можете накрыть чем-нибудь, если оно вас пугает. — Эвелин пошла к выходу. — Да, и уберите его уши с кровью, — она посмотрела на Марка с Джесс своим обычным взглядом и покинула землянку.
