Он вдруг понял, что его руки свободны, и он сможет осуществить естественную потребность. Мочевой пузырь был наполнен до отказа и требовал немедленного опустошения. Марк понял, что не стоит стесняться Джесс. Он встал лицом к углу и стал орошать серую стену. Справив малую нужду, Марк вздохнул и сел на свое, уже привычное место. Он сидел, закрыв глаза, наслаждаясь «минутой опустошения». Джесс на него даже не смотрела. Она ходила по своей тюрьме, скрестив руки на груди. Неожиданно она резко подбежала к решетке и стала смотреть в сторону двери.
— Ты чего? — спросил Марк.
— Этот олух где-то бросил тетрадку. Я хочу её посмотреть!
— Конечно! Самое время провести литературный вечер, — с сарказмом сказал Марк.
Но Джесс его не слушала. Она сидела на четвереньках и рукой тянулась к дневнику на земле. Лицо покраснело от напряжения, а вены на руке вздулись. Джесс сильно напрягалась, но недостаточно сильно, чтобы дотянуться до дневника. Она сделала глубокий вдох, задержала дыхание и сделала рывок в сторону тетради. Средний и указательный пальцы, наконец, достигли цели, и Джесс медленно стала подтягивать предмет к себе. Через несколько секунд она с видом победителя уселась и открыла тетрадь. Волосы растрепались, лицо раскраснелось, но всем своим видом Джесс показывала, что это того стоило. Она поправила волосы и быстро пролистала тетрадь.
— Жаль, что нечем забрать волосы, а то они уже и на волосы, наверное, не похожи. Вообще бы я прочь посмотреть на себя в зеркало, — сказала Джесс, глубоко вздохнув.
— Читай вслух! — сказал Марк.
— Серьезно? — Джесс посмотрела на него большими глазами. — Кто-то не участвует в литературных вечерах!
— Да брось! Прочти вслух. Мне тоже интересно!
Джесс недовольно вскинула брови и обратилась к тетради.
— Дневник Мохандаса Шаатри. Что за имя такое? Кто он?
— Не знаю! Индус какой-нибудь.
— Он здесь маловато написал, — Джесс пролистала дневник. — Много листов вырвано!
— Читай, что есть!
— Ладно!
Джесс поправила упавшие на страницу волосы и начала читать:
